Решив проигнорировать угрозу Брилла – в конце концов, он ведь согласился предоставить им убежище – Потерявший Память Герой подхватил кружку и подошел к Джейк, стоящей в задней части комнаты возле перекошенной двери, сквозь щели в которой струились усики черного тумана. Допив вино, тифлинг распахнула её и шагнула внутрь. Трассонец направился за ней, продолжая держать кружку в руках.
- Пей, Зоомби! – окликнула его Джейк. – Или же окажешься прямиком в реке Стикс.
Потерявший Память Герой замер, занеся одну ногу над порогом.
- Это портал?
- Да. Если пойдешь сквозь него, не выпив, то - плюх! – пояснила она. – А это и есть ключ. Поэтому это хорошее место для укрытия, понимаешь?
Трассонец абсолютно ничего не понял, но гордость не позволила ему признаться в этом. Отхлебнув, он шагнул внутрь. Вино отличалось несколько более резким и фруктовым вкусом, чем его любимые арборейские сорта, но оказалось вполне приемлемым. Он осушил кружку одним большим глотком, а затем облизал губы.
- Я и понятия не имел, насколько хочу пить.
Он передал чашу Джейк, чтобы та наполнила её еще раз, а затем, отыскав безопасный угол, прислонил туда амфору. В кладовой стоял запах плесени и кислого, пахнущего медью вина, которое, очевидно, и являлось излюбленным напитком руттеркинов. Вдоль каждой стены до самого потолка высились ряды бочек и коробок, очертания большей части которых скрывала густая шелковая завеса паутины. В центре помещения находилось несколько стульев и бочонок, на котором лежал набор игральных костей.
Потерявший Память Герой закрыл дверь, придвинул к ней стул и, усевшись на него, прильнул глазом к одной из щелей. Без свечи Джейк комната вновь погрузилась в пурпурный полумрак. Брилл и руттеркины превратились в едва различимые силуэты, и лишь воображение подсказывало ему местонахождение тех посетителей таверны, которые находились вдали от багровых огоньков свечей. За исключением постоянного чавканья да случайного насмешливого шипения, в помещении стояла полная тишина.
Джейк вложила одну из чаш в его руку.
- Когда придет Тессали, скажи мне, чтобы я погасила огонь. Иначе он увидит свет через щели, да?
Потерявший Память Герой даже не стал спрашивать, с чего она взяла, что Тессали будет искать их в Речных Вратах. В Арборее он встречал достаточно эльфов и знал, что охотничий инстинкт у них в крови. Сделав длинный глоток из кружки, он причмокнул губами и отпил ещё раз.
- А что помешает Тессали отыскать нас здесь? Отсюда некуда деваться.
- Не беспокойся ты, - в голосе Джейк слышалось веселье. – Брилл и руттеркины питают определенную, как бы сказать… слабость к эльфам и людям. Тессали и его охранники здесь не задержатся.
- Только никаких убийств! Может, они и преследуют нас, но, по большей части, именно мы виноваты в недопонимании, которое к этому привело, - он не стал упоминать о том, что их стремление поймать Джейк было полностью оправданно. – Они не заслуживают того, чтобы оказаться на тарелке руттеркина.
- Почему ты все время беспокоишься об этих «убийствах»? – требовательно спросила Джейк. – Если ты и правда считаешь, что жизнь реальна, то почему так завидуешь тем, кто приближается к Единой Смерти?
- Я не завидую! – отвернувшись от щели, трассонец взглянул на свою собеседницу, которая сидела на стуле, рассеянно перекатывая игральные кости между пальцами. – Но убийство, и в особенности убийство бессмысленное, является врагом любой цивилизации. Даже ваши Пыльные это понимают, в ином случае сомневаюсь, что они отправили бы тебя в Дом у Ворот.
- Моя работа не имеет к этому никакого отношения! – Джейк швырнула кости в заросший паутиной угол. – Это все Комосал Тревант! Он завидует моим дарам!
- Дарам?
Прищурившись, Джейк устремила на него лукавый взгляд.
- Я знаю, что ты видел их, Зоомби. Поэтому ты и не хочешь со мной целоваться, да?
- Ты имеешь в виду свои клыки? - Подняв кружку, чтобы скрыть выражение своего лица, он принялся пить, не сводя с тифлинга настороженного взгляда. – И то, как твои зрачки превращаются в бриллианты?
- Разумеется, - подойдя к нему, Джейк отодвинула от его лица опустевшую кружку. – Это происходит лишь тогда, когда я испытываю сильные эмоции. Страх или злость, все в таком роде, но в особенности - влечение, Зоомби.
Рот трассонца пересох.
- И ты з-зовешь это даром?
- Ну разумеется! – забрав у него чашу, Джейк вернулась в центр комнаты. – Мое предназначение в том, чтобы помогать людям достигнуть Единой Смерти. Но Тревант этого не понимает. Он говорит, что я слишком страстная для того, чтобы быть Пыльной, - Джейк развернулась обратно к трассонцу, расплескав часть вина, которое наливала в его кружку. – Я спрашиваю тебя, как я могу быть слишком страстной? Ведь я помогаю другим, разве нет?
- Ну…
- Но Тревант – трус. Он утверждает, что другие фракции вышвырнут Пыльных из города, если я буду помогать слишком активно, - она передала вино трассонцу. – А я утверждаю, что он обманщик. Как он смеет утверждать, что познал Единую Смерть, если всего боится? Это невозможно!
