Ритуал рискованный, а дети потом проживут намного меньше? Ну, что тут поделаешь, жертвы неизбежны.
Агнешка вцепилась в Валерио, у которого чуть не случился стихийный выброс.
Синьора Валерия беззвучно плакала, обнимая внуков.
В доме Боргезе Дамблдор не бывал, но с синьором Ливио познакомился. У Орсини. Джузеппе представил своего английского друга, который якобы занимался наукой и работал в библиотеке семьи Орсини.
Для начала как бы невзначай сквибу продемонстрировали несколько магических книг. Он искренне удивился, что такое кто-то может серьезно изучать. В ответ Дамблдор достал волшебную палочку и продемонстрировал несколько простейших превращений.
Синьор Ливио был потрясен и спустя некоторое время начал задавать вопросы. Больше всего его, понятное дело, интересовало, откуда вообще все это берется.
«Английский ученый» подробно озвучивал известные теории, лишь незначительно искажая информацию. В бокал синьора Ливио щедро подливали зелье, снижающее критичность восприятия. Дамблдор умело закидывал крючки. Было проведено несколько сеансов внушения, после которых синьору Ливио стирали память. И вот уже он твердо уверился в том, что дети не от него.
Орсини высказал предположение, что синьору Валерию заколдовали.
Еще одно внушение, и принц Боргезе совершает неслыханный поступок: он подает на развод.
Общество было шокировано. Синьора Валерия искренне не понимала, в чем дело. Она ни разу не изменила мужу, какие могут быть сомнения? Дети похожи и на нее, и на отца. За что он так с ней? Она любила мужа…
Муж объяснил ей, что она заколдована, поэтому не замечает очевидного. И что он точно узнал: чтобы родились маги, хотя бы один из родителей должен быть волшебником. Так что никаких сомнений. Четыре монстра – не его дети.
И, получив развод, уехал из Рима.
Синьора Валерия осталась с детьми. Ее мир рухнул.
Альбус Дамблдор и Джузеппе Орсини потирали руки. Их план работал. Потрясенная деморализованная женщина оказалась легкой добычей.
Она считала, что муж сошел с ума. И что этому сильно поспособствовали дети со своими жуткими способностями.
Своих малышей синьора Валерия искренне любила, но всеми фибрами души возненавидела магию и все с ней связанное.
Орсини легко втерся в доверие к несчастной женщине и предложил помощь. Он сказал, что в таких способностях нет ничего хорошего, это дьявольский дар. И что если синьора хочет спасти своих детей, то их нужно избавить от магии. Ничего сложного, простой ритуал, так многие делают.
Конечно же, она сразу согласилась. Она спасет своих детей и их невинные души.
Настал звездный час Дамблдора. Вот только все пошло наперекосяк. То ли дети оказались слишком сильны, то ли он допустил ошибку в своих расчетах, то ли еще что, но сделать маленькую Ливию «последней в роду» у него не получилось. Более того, он сам чуть не погиб, его спас Орсини, сумевший прервать ритуал. Он же и поставил стандартный блок на магическое ядро всех детей. А очухавшийся Дамблдор изменил им и их матери память, не забыв внушение на самоубийство. А заодно и поиздевавшись над несчастной испуганной матерью. Это была его мелкая подлая месть за то, что у него ничего не вышло.
Снейп прервал сеанс. Это было слишком много для одного раза.
Ливия плакала на груди у мужа. Агнешка тряхнула головой и решительно выставила на стол вино, граппу и коньяк. Джанни принес легкие закуски.
- В голове не укладывается, - проговорил Вирджинио, разливая коньяк, - я даже Орсини понять где-то могу, хотя это и подлость, но этот мерзавец… Фактически, он без тени сомнения готов был извести целый род, чтобы просто попробовать свои силы и доказать нужность и полезность. Сколько же у него еще жертв? Хорошо, что его остановили.
- Это так просто? – спросил Скорцени. – Такие манипуляции с памятью и сознанием? Кошмар какой!
- Не так уж и просто, - ответил Снейп, принимая бокал с коньяком, - к счастью. Должен работать специалист, иначе у человека банально исчезнет кусок памяти. Частичная амнезия. Но Дамблдор – неплохой менталист. Защититься можно. Самое простое – вести дневник. И если какое-нибудь воспоминание исчезнет или исказится, тут же обращаться к специалистам в госпиталь. Амулеты есть. Одни подают сигнал, если к человеку без его согласия применяют что-нибудь из ментальной магии. Есть и такие, которые полностью блокируют попытки проникновения в чужой разум. Изготавливаются индивидуально.
- Дорого? – тут же спросил Скорцени. – Я заплачу сколько надо. Это же ужас! Как представил, что вдруг поверю, что Вальтраут не моя дочь, волосы дыбом встали.
- Думаю, что всем такие амулеты нужны, - сказала Агнешка, - синьор Аддреоти отличный мастер. Расчеты сделаю.
- Сколько же у нас теперь этих амулетов, - вздохнул Валерио, - от «Империо», от насильственной аппарации и подсунутых порт-ключей. И прочие, и прочие... Попали в сказку, стали волшебниками.
- Жалеешь? – спросил у него Флавио.
