- Мне этот интерес не нравится, - сказала Гермиона, - тебя они могли видеть, а меня как углядели? Я по территории казармы не гуляю, к ним не приближаюсь. Издалека увидели? И сразу стали спрашивать?
Их разговор внимательно слушал Валерио.
- Похоже, они знают, что вы не обычные служащие, - сказал он.
Первой подловить и разговорить попытались Агнешку.
- Сволочи, - прокомментировала та, - как между собой обсуждать, так фу, полька. А как знакомиться, так фройляйн, будьте добры. Сказала, что не понимаю и ушла.
- А они? – спросил Валерио.
- Я не расслышала, - ответила Агнешка.
Но по выражению ее лица было легко понять, что все она расслышала, только повторять не хочет. Валерио нахмурился.
- Мне нужно пригласить хауптштурмфюрера Скорцени на ужин, - сказал он, - приличия требуют.
- Поем у себя в комнате, - тут же сказала Агнешка, - не будем унижать арийское достоинство моим присутствием.
- Я бы попросил тебя присутствовать, - сказал Валерио, - в моем доме я хозяин. Стоит выяснить, что ему все-таки нужно. Прямо не скажет, так хоть что-то поймем из разговора. Аньезе, потерпи, ладно?
- Если ты просишь, то потерплю, - ответила Агнешка.
Эсэсовец прибыл точно к назначенному времени, вручил хозяйке дома букет роз, щелкнул каблуками, когда его представили, и резко наклонил голову.
Языковую проблему решили следующим образом: Валерио переводил для своей жены, а Агнешка для англичан. Судя по тому, как немец прислушивался, английский, в отличие от итальянского, он знал.
Гермиона его с интересом разглядывала. Вел он себя прилично, манеры у него были тоже приличные. Выглядел не отталкивающе. Его даже шрам не портил. Но в отличие от Валерио это однозначно был враг.
Всех пригласили к столу. Гарри с тоской уставился на спагетти. Есть их он уже научился, но все равно испытывал к ним какую-то иррациональную неприязнь. А вот другие виды пасты ел с удовольствием.
Продукты и вино подали обычные, придержав деликатесы с волшебных ферм для себя любимых.
Агнешка сидела между Валерио и Снейпом. Скорцени досталось место рядом с Дарьей. Он отдавал должное угощению, только от лягушачьих лапок отказался.
Разговор крутился вокруг еды и итальянских вин.
- У нас недалеко от Вены тоже есть виноградники, - говорил Скорцени, - но вино совсем другое. И такого разнообразия нет.
- Вы австриец? – не удержалась от вопроса Гермиона.
- Да, фройляйн, я родился в Вене. А вы из какой части Англии?
- Из Оксфорда, - ответила она.
И подумала, что зря это сказала. Вдруг есть какая-то возможность проверить эту информацию и убедиться, что никакой Гермионы Джейн Грейнджер в природе не существует.
Агнешка спокойно переводила, не забывая о еде.
Скорцени обратился к ней. Она так же спокойно что-то ответила. Вот почему она иностранные языки не учила! Французский и латынь в маггловской школе и все. Причем, в отличие от латыни, французский из-за отсутствия языковой практики почти забылся. Вряд ли гость спрашивал что-то важное, не дурак же, но все равно интересно.
После ужина все расположились в гостиной. Кофе и ликеры, конфеты и крошечные пирожные. Дарья крутила ручку настройки большого радиоприемника. Раздались звуки фокстрота. Скорцени тут же пригласил хозяйку дома, Валерио протянул руку Агнешке. Перед Гермионой склонился Гарри.
- Я не умею это танцевать! – прошептала Гермиона.
- Ничего сложного, - ответил тот.
В общем-то, действительно оказалось, что у нее неплохо получается.
- А ты где научился? – спросила она.
- У девочек, - ответил Гарри, - знаешь, говорят, что фокстрот – это секс стоя. Ну а секс – фокстрот лежа. Я теперь и танго станцевать могу.
- Нашел себе учительниц, - фыркнула Гермиона.
- Да ладно тебе, веселые девчонки. Я для них шью, если ты не забыла. И кое-что новенькое придумал. Вышивка бисером и отделка из перышек. Не боа и воротник с манжетами, а чулки и пояс для чулок. И перышки цветные. Очень красиво, девочки пищат, говорят, что и клиентам нравится. У меня и ребята для своих дам заказывают. Была вечеринка, а оказалось, что я только вальс немного могу изобразить. Ну и взялись за мое образование. Знаешь, мне понравилось.
Гермиона хмыкнула про себя. Она веселых девиц только в старой квартире Агнешки видела, ей хватило. А Гарри, значит, втянулся в компанию. Но почему-то читать ему мораль не хотелось. Да и какое ее дело, с кем проводит время Гарри? Он… здесь он выглядел совсем не так, как в Англии. Там он был слишком известен, его жизнью интересовались. Джинни бдила. А тут, в Италии, он был всего лишь Гарри. Просто Гарри, милым парнем, который шил красивые вещи, воевал со спагетти, танцевал с проститутками, учил колдовать магов из знатного рода. Кому скажи! Но такой Гарри нравился ей гораздо больше.
В общем, можно было сказать, что вечер удался.
- О чем он тебя спрашивал? – буквально вцепилась в Агнешку Гермиона, как только Скорцени ушел.
- Хвалил мой немецкий, - ответила та, - спрашивал, где училась. Такой любезный, что аж противно.
- Аньезе, - включился в беседу Валерио, - именно он про тебя гадостей не говорил. Ты же понимаешь, что их слушают.
