Странная цивилизация полностью

Демократия не в силах сформулировать стратегические пути развития человеческого общества без отрицания самой себя! Полагается самодостаточным, что она провозглашает равноправие, свободу слова, право на частное предпринимательство и тому подобные «законы общества»! Строго говоря, эти принципы призваны только стабилизировать общество и никакой самоценностью сами по себе не обладают. Тем не менее, существует убеждение в абсолютной ценности этих норм, и борьба за них считается обязательным условием прогрессивного развития общества. На самом деле, развитие общества должно предполагать материальное благосостояние для большинства (в идеале для всех), связь между вознаграждением и вложенным трудом, реальное участие в общественных делах, возможность квалифицированно влиять на принятие общественно-значимых решений, приоритет творчества, самореализации, свободу от борьбы за выживание, преодоление невежества, альтруизм и т.д.[27] - но этих целей демократия вообще не ставила и не ставит!

Демократия уравнивает свободу объективного знания со свободой невежественных мнений, как якобы необходимую составляющую свободного развития личности. А свободу творчества - с правом на свободу мифотворчества, поощряя религиозную архаику и свободный разгул всякой чертовщины. Характерные для демократии расцвет личного эгоизма и возможность получения неограниченной прибыли обеспечили быстрый рост технологии и производительности труда в отдельных странах, но породили такие противоречия, перед которыми меркнут предшествующие эпохи. Эти противоречия поставили мир на грань взаимного уничтожения, явились одной из причин терроризма и лишили людей осмысленного критерия для правильной оценки событий. Игорь Ефимов[28] на основе собственного опыта пишет: …Современная демократия, основанная на свободной рыночной конкуренции, - есть устройство, изначально обрекающее большинство населения на горечь поражения, на тоску отверженности, на унизительное прозябание за оградой праздника жизни. …Все громкие слова об Обществе Равных Возможностей - лишь хитрый идеологический камуфляж, дымовая завеса… А У. Черчилль, со свойственным ему ироническим остроумием, как-то заметил: - Демократия - одна из наихудших форм общественного устройства, не считая всех остальных. Таким образом, демократия является не более, чем современным этапом социализации и стабилизации общества. Но не более, чем временным этапом, являясь некоторым успокоителем для проявлений природной дикости человека, расширив и несколько видоизменив систему накопления и распределения благ, убрав из нее ставшие очевидными нелепости, вроде сословного неравноправия.

Необходимость изменения принципов современной демократии можно проиллюстрировать на ряде примеров. Принцип свободы слова, например, свою миссию раскрепощения сознания и общественного контроля уже выполнил. Ведь принципом свободы слова сегодня чаще пользуются в реакционных целях, прикрывая им право нести ахинею и находя в нем юридическую защиту для оболванивания людей и манипулирования массовым сознанием. Принцип свободы слова уравнивает право на мифологизированное мышление с рациональным мышлением, неизбежно провоцируя конфликты и массовую гибель людей в столкновениях. Действительные причины происшествий тонут в массе конъюнктурных, второстепенных или мистических толкований и приводят лишь к усилению и повторению трагических событий. Полагать, например, что терроризм имеет «исламскую» природу, и не замечать, что все религиозные конфессии одинаковы - все равно, что утверждать, что мошенник, изготавливающий фальшивые доллары, чем-то лучше его собрата-фальшивомонетчика, подделывающего монгольские тугрики. Не должно оставаться иллюзий по поводу воинственных и «мирных» вероучений. «Воины Аллаха» не лучше и не хуже «воинов Иисуса», как и воинов любых других идолов. Как только опасность потери религиозного влияния становится угрожающей, попытка реванша повторяется под другими хоругвями и с другими молитвенниками в руках.

Пропаганда национализма и даже нацизма уравнивается с космополитизмом, хотя иррациональность и крайняя опасность убеждений в любой национальной исключительности давно всем известна.