Главный герой – бездомный российский авантюрист, «гражданин Вселенной». Он называет себя «Странником», потому что, в отличие от обычных бомжей-алкоголиков, уже много лет путешествует по миру, несмотря на границы и таможни. На этот раз Странник попадает в Нью-Йорк, где из-за нелепого совпадения оказывается вовлеченным в деятельность таинственной организации. Понемногу собирая в одно целое куски головоломки, он понимает, что его случайно приняли за клиента своеобразного Бюро добрых услуг для очень богатых и влиятельных людей. Нет на свете такой услуги, которую не могло бы оказать это Бюро.
ВЛАДИМИР ГРЖОНКО
СТРАННИК.
АМЕРИКАНСКАЯ РУЛЕТКА
© Copyright Vladimir Grjonko, 2008
ГЛАВА ПЕРВАЯ.
СТРАННИК
В тот день я проснулся в омерзительном настроении. И не потому, что одолели дурные предчувствия. Просто всю ночь спасался от одного идиота-попрошайки, решившего, что это я украл у него ватное одеяло – то самое, которое он, между прочим, стянул у близняшек мэри. Никто не знает их настоящих имен, но мы здесь всех наших женщин называем «мэри». Хотя бы для того, чтобы не расспрашивать. Мне известно, что во внешнем мире принято несколько иное обращение, но у нас… у нас за самый невинный вопрос легко можно заработать так называемый «колумбийский галстук». Говорят, эту милую традицию завезли приезжие латиносы, которые привыкли у себя в Колумбии расправляться таким способом с болтунами и предателями. Видел я однажды этот «галстук»… Жизнь на Улице приучает хладнокровно относиться ко многому, но когда ты случайно натыкаешься на дохляка, которому только что разрезали горло от уха до уха и через это отверстие вытянули наружу его собственный язык, то забыть об этой встрече оказывается не так легко…
В общем, в ту ночь я не выспался и лениво размышлял о том, не сменить ли мне место следующей ночевки… И в этот момент увидел ее. Обычно на улице я не обращаю внимания на женщин. Даже когда «стреляю». Куда спокойнее иметь дело с мужиками. По крайней мере, не окажешься на цугундере, обвиненный в попытке изнасилования. C хорошими, но неосторожными людьми случается порой и такое. А если мне приходится работать вечерами, то я всегда стараюсь выдерживать приличную дистанцию между собой и какой-нибудь разодетой фифой. Уличная «стрельба» – это вообще-то великая наука; я обучался этой науке много лет, а первым моим учителем был знаменитый московский Кот… но это к делу не относится. Короче говоря, я заметил эту девицу за несколько секунд до ее исчезновения. Заметил только из-за ее пышных ярко-рыжих волос. В серый пасмурный день такая прическа, само собой, бросается в глаза. Улица, по которой я шел, была довольно длинной, но совершенно безлюдной. Ни лавочек, ни крупных магазинов – тихий жилой квартал. Лишь далеко на углу отсвечивала синяя вывеска Сити-банка. Я как раз остановился, чтобы подвязать свое пальто: я зову это пальто Росинантом, и оно обладает самыми разнообразными достоинствами. Между мной и Рыжей было шагов сто, и я невольно отметил красивую фигурку и уверенную, немного неженственную походку. И тут вдруг она пропала, как будто растворилась в воздухе...
Привычный ко всяческим неожиданностям, я теперь почти не реагирую на то, что не касается непосредственно меня самого. Но когда среди бела дня прямо у тебя на глазах мгновенно исчезают молодые рыжие женщины... Это показалось странным даже мне. Конечно, я специально не следил за ней, но был уверен, что она не успела бы повернуть к одному из жилых домов и открыть дверь: слишком уж внезапно и беззвучно она сгинула. Я поправил чуть оттопыривавшуюся полу Росинанта и огляделся по сторонам. Похоже, кроме меня да еще кошки, мирно подремывающей на подоконнике второго этажа, никто ничего не заметил. Вокруг по-прежнему не было ни души. Мне, живущему на Улице, открыты многие тайны. Иногда страшные, иногда удивительные. Но все это тайны человеческие, а вот сейчас, похоже, дело идет о тайнах другого рода… Я медленно двинулся вперед: все-таки природное любопытство не вытравишь никакими колумбийскими штучками! Торопиться мне в моем положении нельзя никак: бегущий по улице бездомный привлекает больше внимания, чем парад гомосексуалистов. Поэтому я ускоряю шаг только в самых крайних случаях – и только ради спасения собственной жизни.
Но стоило мне добраться до того места, где в последний раз видел Рыжую, как я чуть было не рассмеялся во весь голос: в залитом свежим асфальтом тротуаре зияла широкая прямоугольная дыра канализационного люка. Надо же, а я уже был готов поверить в чудеса! Немного подумав, я заглянул в темноту люка и насторожился. Что-то было не так. Понятно, что она провалилась в дыру и от неожиданности даже не успела вскрикнуть. Такое бывает. Хорошо, если там не очень глубоко, и девушка отделалась сломанной ногой. Но тогда я бы услышал ее стон... А если она убилась? Вот уж во что мне совсем не следует влезать, так это в историю со смертельным исходом. Я еще раз внимательно огляделся по сторонам. Мимо проехал какой-то автомобиль и, равнодушно мигнув огоньками, исчез за поворотом. Ни души. В конце концов, решил я, следует хотя бы взглянуть, жива ли она. Кем бы я себя не считал, но бросить на произвол судьбы упавшего в канализацию человека, да еще молоденькую девочку… нет, это не по мне. Не хочу, чтобы она являлась мне потом в ночных кошмарах… все же я не колумбиец какой-нибудь!
