За то время, пока я плавал в реке и отходил от стресса после побоища, воины дроу организовали временный лагерь у кромки леса, где пытались оказать хоть какую-то помощь бывшим пленницам, вырванным из лап смерти. Женщины видимо сильно натерпелись за время плена, и сейчас в основном лежали на траве без сил, и только вокруг уцелевших детей собралась небольшая группа эльфиек. Дроу, завидев меня, шарахались в сторону как от прокаженного, но агрессии в них я не почувствовал. Мое появление вызвало у окружающих только животный страх и желание держаться подальше от непонятного хумана, убившего на их глазах десятки людей.
Милорн привел меня на поляну находящуюся в десяти шагах от кромки леса, где под охраной одного из воинов лежали пленники, наспех перевязанные окровавленными тряпками. Один имперец был без сознания и готовился отдать богу душу, а другой находился в сознании, хотя его правая рука была отрублена по локоть. Синюшный цвет лица раненого указывал на большую кровопотерю, но допросить его было возможно. Увидев меня, пленник заверещал от ужаса и попытался уползти, но я пресек эту попытку, придавив имперца ногой к земле.
— Узнал меня, тварь? — спросил я имперца, скорчив зверскую рожу.
Пленник, икая, закивал головой и смотрел в мои глаза как мышь в глаза удава.
— Рассказывай, кто ты и зачем вы напали на караван, у меня мало времени, — начал я допрос.
— Меня зовут Карзай, я простой приказчик из Латра. Это все Латрак, это он набрал людей, чтобы напасть на караван с эльфийками. Он говорил, что мы получим за женщин кучу денег, если продадим их в бордели.
— Кто такой Лотрак?
— Это торговец рабами из Латра. Он пытался выкупить эльфиек у легата Тита Флавия, но тот отказал ему. Тогда Лотрак собрал бандитов, которых за последнее время развелось как крыс на помойке, и даже нанял отряд конных наемников из Фьера у, которых закончился контракт с Мераном.
— Почему вы устроили резню и не пощадили хотя бы детей?
— Лотрак пообещал заплатить только за пятьдесят женщин, а дети были ему не нужны.
— Зачем же вы просто не разогнали лишних пленниц и детей?
— Дети мешали увести эльфиек в лес, а женщины бросались на нас как дикие кошки, у которых уводят котят. Я никого не убивал, я просто дожжен был отвести пленниц в условленное место!
— А почему же ты остался без руки, если не участвовал в убийствах?
— Когда на нас как ураган налетели дроу, я только защищал свою жизнь. Это вы отрубили мне руку, — заскулил имперец.
— Лотрак будет ждать вас в условленном месте?
— Нет, господин, он сейчас в Латре. Я должен был передать пленниц людям Лотрака и рассчитаться с наемниками.
Я на минуту задумался, не отбить ли у людей купца деньги, предназначенные в уплату наемникам, но сразу отмел эти мысли.
— «Жадность фраера сгубила», — вспомнилась старая присказка.
Дальше допрашивать раненую мразь у меня желания не было, и я обратился к Милорну:
— Этот урод твой, хочешь, допрашивай, а хочешь, сдери с него шкуру, мне он больше не нужен.
На поляне меня больше ничего не держало, и я пошел в сторону дерева, под которым оставил Эланриль. Эльфийка все еще спала, хотя гипноз перестал действовать и сон из магического превратился в обычный сон измученного человека. Я не стал будить девушку, а просто сел рядом с ней, тупо уставившись в землю. У меня не осталось моральных сил, чтобы о чем-то думать и в голове было абсолютно пусто.
— Ингар, все готово к отъезду. Воины и лошади ждут тебя, есть еще какие-нибудь приказы? — услышал я голос Милорна, вернувший меня к действительности.
— Нет, я думаю, что ты сейчас лучше меня соображаешь и справишься без моих указаний. Не буди Эланриль пока мы не уедем, а то она увяжется за мной, ее помощь нужна здесь. Где лошади?
Милорн махнул рукой и к нам подъехали двое воинов ведущих в поводу заводных лошадей. Я подтянул подпругу, погнал длину стремян по свои ноги и вскочил в седло. Все эти действия мои руки проделали автоматически, без участия разума. Видимо у меня появился опыт, и тело само начало выполнять рутинную работу только на одних инстинктах.
— Кажется, Игоряша ты становишься настоящим кавалеристом, — подумал я, осматривая коня которого мне приготовили дроу.
Позади седла висел саадак с луком и колчан со стрелами. Эльфы позаботились даже о мече, богато украшенные ножны которого, были приторочены рядом с луком. Я вытащил клинок и проверил, как он ложится в руку. Меч был предназначен для кавалериста и по форме смахивал на катану, но имел закрытую гарду. Убедившись в том, что все готово к отъезду, я пришпорил коня и выехал на дорогу. Дроу молча, поскакали следом, ведя за собой заводных коней.
