— Ты эту кашу заварил, тебе и расхлебывать, — ехидно заметил Дирк.
— Надо подумать.
— Торвин сажай Луция на лошадь и пусть он с твоими людьми едет, как обычно, вдруг кто со стороны наблюдает. До вечера нападения быть не должно, а я пока подумаю. Вы тоже думайте, у меня не семь пядей во лбу.
На этом наше совещание закончилось, и караван двинулся дальше. Подумав около часа, я отправил Риса за Торвином. Торвин подъехал и мы стали обсуждать дальнейшие действия.
— Торвин где мы ночуем?
— Как обычно. Через три часа будет стоянка с колодцем, обнесенная забором, — ответил он.
— У меня такое предложение. Ведем себя как обычно. Встаем на ночевку и делаем вид, что ни о чем не подозреваем. Потом лучники и бойцы занимают оборону за стеной, и ждем гостей. Торвин у тебя нет ничего, чем осветить противника?
— Есть два магических шара, только они горят быстро, да и они сильно слепят, если в глаза светят.
— А если за спиной зажечь, то как?
— Если за спиной, тогда отлично получится, нам все видно, а они на время ослепнут. Только вокруг стоянки стена, она загородит свет от шара.
— Покажи шар? — попросил я воина.
Торвин отослал Риса за шаром. Магический шар оказался размером с кокосовый орех и был завернут в металлическую сетку, из шара торчала веревка, похожая на фитиль.
— Торвин, а если связать три четыре копья в одну палку и с помощью ее поднять шар повыше?
— Это мысль, должно получиться, — ответил наемник.
— Когда нападающие подкрадутся, я дам сигнал, и ты подожжешь шар. А там как бог даст.
— Так и будем действовать — завершил обсуждение Дирк.
Солнце клонилось к вечеру и наконец, впереди, показался каменный забор окружающий стоянку. Головной дозор осмотрел ее и дал сигнал, что все спокойно. Караван втянулся на стоянку, и начал готовиться к ночевке. Дирк приказал делать все как обычно, не настораживая врага. Шаки напоили и накормили лошадей, разожгли костры и приготовили еду. Торвин расставил караулы. Шест с магическим шаром был уже готов и ждал только команды. Постепенно лагерь затих, костры погасли, и стоянка погрузилась во тьму. Бойцы тихо расползлись по своим местам и заняли позиции вдоль забора. Я залез на крышу фургона Дирка и начал сканировать окружающую местность. Рядом с повозкой расположились Дирк и Торвин. Примерно через час я обнаружил противника. Из-за ближайшего холма вышел пеший отряд из тридцати человек и, растянувшись в цепь, стал крадучись приближаться к стоянке со стороны ворот. Отделившиеся от отряда четыре человека потащили что-то на вершину холма. Для лука расстояние было великовато, да и попасть с такого расстояния в темноте не возможно. Я подумал, что это начальство полезло следить за ходом боя, и если что пойдет не так, то готовилось сразу смыться с места преступления. Я рассказал об этом Дирку и он со мною согласился. Торвин переместил бойцов к входу на стоянку, перед которым собирались основные силы противника. Тем временем отряд подкрался к забору стоянки метров на тридцать и приготовился к штурму. Я встал на ноги на крыше фургона и, включив магическую защиту панциря, дал команду начинать. Торвин поджег фитиль и поднял шест с магическим шаром. Над головой громко хлопнуло, и стоянка осветилась ярким светом как от магниевой вспышки.
Свет магического шара ослепил нападающих, и они встали как вкопанные. Торвин громко отдал команду, и началось избиение. Звонко защелкали луки посылающие стрелы в растерянного и ослепленного противника. Раздались крики раненых и на землю упали первые убитые. Бой развивался по нашему сценарию, еще немного и от нападающих останутся только «рожки да ножки». Вдруг на холме за моей спиной, раздалось гудение, и грохнул выстрел как из ружья. Я повернулся лицом к холму и нижняя челюсть, со стуком ударилась о мою грудь. С вершины холма по нам зафигачели, как мне тогда показалось, ПТУРСом. Красный огненный шар размером с дыню, с гулом летел мне прямо в лоб.
— Файербол!!! — дико заорал Торвин.
Меня раскорячило на крыше фургона как парализованного. Огненный шар обдал мое лицо жаром и пролетел мимо буквально в двух шагах. Файербол с грохотом ударил в каменную стену стоянки возле ворот. Трехметровый кусок стены вынесло как от попадания фугасного снаряда. Несколько бойцов Торвина дико крича, заметались по стоянке огненными факелами. На холме снова началась, какая-то суета и меня, наконец, расклинило. Я липкими от страха руками выдергивал из колчана стрелы и одну за другой посылал их в людей на холме. Третья стрела во что-то попала, и холм осветил ветвистый электрический разряд, затем раздался хлопок и что-то загорелось. Теперь уже на вершине холма заметались горящие фигуры. Две фигуры упали недалеко от источника огня, а две другие скрылись за верхушкой холма. На стоянке царил хаос. Рев лошадей и вопли сгорающих заживо людей смешались в дикую какофонию. Я как памятник стоял на крыше фургона, и не знал, что предпринять. Возле фургона «заклинило» Торвина.
— Торвин, «мать твою»!!! — закричал я. — Твои люди гибнут, командуй!
