Мы с Колином отправились к костру ужинать. После ужина хуман завалился спать, а я отправился сканировать окрестности. В округе все было спокойно, только небольшой караван обосновался у ручья, в том же месте, где ночевал караван покойного барона. Я некоторое время наблюдал за караваном, но ничего подозрительного не заметил, караван как караван. Стемнело, и я полностью перешел на внутреннее зрение. Колин и шак уже видели седьмой сон, а мне спать не хотелось. Наверное, когда я слушал рассказ Колина и смотрел визуальное сопровождение, непроизвольно подкачивал от него свою энергетику. Нужно быть осторожным и не угробить родственника. Нечего болтаться без дела, нужно попытаться просканировать этот странный холм. Я уселся в середине каменной площадки и вошел в транс. Сканирование давалось с трудом. Вокруг площадки были какие-то энергетические помехи, изображение получалось смазанным. Ладно, тогда пойдем другим путем. Источник в вазе очень странный. Чтобы родник был естественным, в это верилось с трудом. Потом вода не утекает по поверхности вниз, а уходит в щели между плитами значит, там есть пустоты. Я встал на ноги и подошел к вазе с источником. Возле вазы плита оказалась мокрой от брызг и под ней хорошо просматривались пустоты. Я сходил к костру за котелком и налив в него воды стал поливать плиты вокруг вазы. Фокус удался, и я хорошо рассмотрел основание источника. Все оказалось просто как дважды два, из земли к вазе шла самая обычная водопроводная труба. Намочив водой все плиты на площадке, я обнаружил под ними подземный ход, ведущий в глубину холма. Крышка входа находилась под обломками колон в стороне от площадки. В одиночку растащить обломки было не возможно.
— Придется оставить разбор завалов на завтра, — вздохнул я и пошел спать.
Развалившись у костра, я крутился с боку на бок, но сон не шел, перевозбудился, наверное. Делать нечего придется покопаться в мозгах у Колина. Настройка на ауру хумана прошла легко, но потом дело застопорилось. Я не знал, что делать дальше, как скачать воспоминания из его памяти. Настроившись на сны Колина, я осторожно пошел к их источнику. Когда мне удалось войти в глубину его сознания у меня появилось понимание того что нужно делать. Многие видели американский фильм «Джонни Мнемоник», так вот, блуждание в лабиринтах мозга Колина, напоминали кадры из этого фильма. Я мысленно задавался вопросом о той информации, которая мне нужна и какая-то сила влекла мой разум к месту, где эта информация находилась. Много чего интересного находилось в памяти Колина, но я пресек свои желания подсмотреть различный интим у него в мозгу и стал искать момент, на котором он прекратил свой рассказ о Стасе. Чтобы найти это место мне просто пришлось вспомнить окончание его рассказа, и я оказался возле хранилища воспоминаний о Стасе. Это место было похоже на библиотеку, только вместо книг здесь хранились образы воспоминаний. Воспоминания хранились в последовательном порядке, как не кинопленке фильма, и я стал смотреть этот фильм, перематывая эту пленку себе в голову. Образы мелькали все быстрее и превратились в непрерывный поток. Убаюканный монотонностью этой процедуры, я заснул.
— Хозяин просыпайся. Завтрак уже готов, остынет, — вытащил меня из сна монотонный голос «Первого».
— Ты его веточкой пощекочи, вскочит как миленький, — раздался голос Колина.
— Нельзя хозяин обидится, накажет.
— Придется просыпаться, а то еще водой обольют. Голодающие, блин.
Голова болела и гудела как после пьянки. Состояние было таким, каким оно бывает перед экзаменом у плохого студента, пытавшегося выучить китайский язык за одну ночь. Попытка что-нибудь вспомнить, из скаченного в голове Колина, кроме пульсирующей боли в висках, ничего не дала. Сканирование собственной ауры показало практически полное истощение как физических, так и энергетических сил.
— Нужно идти подзаряжаться иначе сдохну, — решил я, поднявшись на ноги.
