Рассвет застал нас в камышах на берегу озера. Над водой стелился легкий туман, накрывший своим одеялом все вокруг. Торвин сказал, что можно расседлывать лошадей и отправился за лодкой, на которой мы должны доплыть до корабля. Лодка появилась через полчаса. Сначала я заметил ауры двоих человек, а уже потом послышался плеск весел. Наемник приплыл на плоскодонной лодке с незнакомым мне человеком. Торвин представил его как матроса с корабля, и мы начали грузить в лодку вещи. Лодка сделала четыре ходки, пока не перевезла весь наш багаж и людей. Каждая ходка длилась не более получаса, значит корабль где-то неподалеку. Мои опасения, что придется бросить лошадей, не оправдались. Во время каждой ходки к корме за уздечку привязывали лошадь, и она вплавь вслед за лодкой скрывалась в тумане. Лошади спокойно заходили в воду и не устраивали нам проблем. Как лошадей поднимали на корабль, мне было не известно. Весь отряд был уже на корабле, и я на берегу остался я один с Шаларом. Конь вел себя беспокойно и постоянно толкал меня головой в бок. О причине такого поведения я догадывался. Шалар был моим конем и признал во мне хозяина. Нрав у него оказался крутой, и остальные лошади ходили у него по струнке. После того как я отдал коня Викане, Шалар посчитал, что я лишил его статуса вожака и очень меня ревновал к новой моей лошади.
Наконец раздался плеск весел, и из камышей показалась лодка. Поездка до корабля продлилась недолго. Кораблем оказался катамаран, похожий на тот на котором меня везли в качестве раба. С кормы в воду спускался наклонный настил, матрос завел Шалара по этому настилу на палубу. На корабле в загоне, огороженном канатом, находились все наши лошади, вокруг которых суетились шаки. «Первый» взял команду в свои руки, и работа кипела вовсю. Поднявшись на палубу, я обнял обрадованного нашей встречей Риса и попросил его отвести меня к капитану. Рис повел меня в надстройку на корме. Поговорить с капитаном мне не удалось, потому что он спал после лечения проведенного Виканой. Вид у гвельфийки был изможденный, процедура лечения отняла последние силы. Я не стал мешать измученной девушке и вышел на палубу. Корабль готовился к отплытию. Матрос, привезший меня на корабль, подменял капитана и отдавал приказы своей немногочисленной команде. Он что-то растолковывал «Первому», тот же передавал команды другим шакам. После бестолковой суеты, «Первому» удалось усадить шаков на весла и корабль, сдвинулся с места. Гребцы из шаков были никакие, но с помощью ругани и оплеух, дело начало налаживаться. Корабль около трех часов плыл в лабиринте тростниковых островков к настоящему острову, спрятавшемуся в глубине камышей.
Корабль заплыл в бухту окруженную камышами и пристал к деревянному пирсу. Вход в бухту начал закрываться плавучими островками, которые при помощи веревки тащили двое местных жителей с лодки стоящей на якоре. Проход в бухту закрылся, и теперь нас можно было найти только с самолета. Я подошел к Торвину, чтобы выяснить обстановку.
— Торвин, куда это мы приплыли?
— Это секретная стоянка для корабля. Капитан Бургас здесь свою контрабанду прячет и скрывается, когда за мягкое место прихватят, — ответил Торвин.
— Ты хорошо этого Бургаса знаешь?
— Практически с детства. Мы родом из одной деревни. Он на пять лет меня старше и раньше ушел в наемники. Наша деревня так и называется «Наемники». Прадед императора подарил землю в западной пустоши ветеранам «Второго Легиона» за битву при Фьере. «Второй Легион» практически весь полег, обороняя ставку императора, чем спас ему жизнь. Император отдал поле битвы в вечное пользование ветеранам «Второго Легиона» и их потомкам. Место не самое лучшее, но налоги с жителей маленькие, вот и построили там деревню. Делать в округе толком нечего, поэтому с детства у нас готовят парней в наемники. Учить есть кому, отцы наши все из «Второго Легиона» или всю жизнь в наемниках. Каждый год в деревню приезжают вербовщики и парни, достигшие шестнадцатилетнего возраста, идут служить по первому контракту, на пять лет. Бургас попал на флот, а я в легионеры.
— Ты ему доверяешь?
— Целоваться я с ним, конечно, не стал бы, но слово свое он держит. Ходили про него всякие слухи, что он даже пиратствовал. Мы с Бургасом почти родственники и меня он кидать не будет. Обязан он мне, помогал я ему деньгами и протекцией, когда он в Керане появился.
— Понятно, а как он там?
— Спит еще, Викана рядом устроилась и тоже спит. Я Риса у двери караулить поставил, чтобы не беспокоили.
— Какие дальше планы?
— Лошадей на берег выгрузим, пусть пока пасутся. Шаков нужно где-то на берегу разместить. Мы здесь на корабле обоснуемся от греха подальше, мало ли кто на груз позарится.
— Согласен, а дальше что делать будем, какие у тебя соображения на этот счет? — спросил я.
— Капитан еще вчера двух человек в Керану на разведку отправил. Вернутся они, вот тогда какая-то ясность будет.
— А какой контрабандой Бургас занимается?
