Р
Коридоры корпуса, обычно такие спокойные, сейчас бурлили. Преподаватели, никогда не допускавшие подобного нарушения дисциплины раньше, лишь снисходительно посматривали на своих подопечных. Новость быстро распространялась по всему зданию. Конечно в четырнадцатилетнем возрасте, тем более, если ты носишь гордое звание «курсант кадетского корпуса», такое бурное проявление эмоций было несолидным и детским. Но в данном случае курсанты предпочли наплевать на солидность и выражали свои чувства не стесняясь. Старшие ребята вели себя сдержанней. Снисходительно посматривая на младших, они спокойно обсуждали новость, делая вид, что она их не интересует. Впрочем, так как новость их не касалась, это им удавалось без труда. Хотя, по бросаемым изредка в сторону младших взглядам, было ясно, что некоторые из них не прочь сбросить три года и получить ШАНС. Кадеты с восьми до одиннадцати лет не пытались сохранять невозмутимость и откровенно завидовали своим старшим товарищам. Иногда, сквозь гомон, царящий в коридорах, можно было разобрать их восторженные голоса:
— Ух, ты! Везёт же им!
— Володька, а ты смог бы?
— Я!? Запросто.
Неожиданно дверь в конце коридора открылась, и из неё вышел, чуть прихрамывая седой, в форме капитана первого ранга, мужчина. Мгновенно установилась тишина, будто кто-то выключил включённый на полную громкость магнитофон. Затем, также резко тишина была нарушена, и со всех сторон посыпались, обращённые к капитану, вопросы:
— Владимир Михайлович, а это правда?..
— Товарищ капитан, а когда выход?..
— Кто плывёт?
— Не плывёт, а идёт. Моряки ходят! Ты, болван!
— От болвана слышу! Владимир Михайлович, как правильно сказать?
Капитан молча слушал бесконечный поток вопросов от обступивших его со всех сторон курсантов. Наконец, заметив его недовольство, все потихоньку стали успокаиваться.
— Смирно!!! — бас капитана перекрыл голоса самых недогадливых. Мгновенно воцарилась тишина.
— Что за детский сад вы здесь устроили? Стыд. Позор.
Капитан замолчал, только в окнах ещё продолжали дребезжать стёкла от могучего рыка.
— Орлы, что за нарушение порядка? — неожиданно спокойным голосом спросил он. — Вы меня точно до инфаркта доведёте.
Капитан первого ранга Владимир Михайлович Кононов, начальник кадетского корпуса, никогда не хотел стать педагогом. Поворот в его судьбе произошёл после шторма, заставшего его корабль во время патрулирования в Баренцевом море. Со сложным переломом ноги капитан прямо с корабля был доставлен в госпиталь. После выздоровления ему предложили либо выход на пенсию по состоянию здоровья, либо должность начальника кадетского корпуса в Петербурге. Кононов всё обдумал и предпочёл второе.
Как ни странно, новая работа ему понравилась. Понравилось делиться своим опытом, объяснять урок, разрешать возникающие детские проблемы. Кадеты же отвечали ему искренним уважением.
Владимир Михайлович оглядел замерших курсантов.
— Орлы, — повторил он и чуть усмехнулся, — я понимаю, всем не терпится узнать подробности. Но для этого будет своё время. Через два часа состоится сбор в актовом зале, где вам всё расскажут, и вы сможете задать интересующие вас вопросы.
Ещё раз, оглядев погрустневших курсантов, для которых два предстоявших часа ожидания казались вечностью, скомандовал:
— Вольно! Разойдись! — и направился в свой кабинет.
После ухода капитана шум поднялся, было снова, но на этот раз наставники были менее снисходительны и группы отправились в классы. Впервые после пришедшего известия восстановился порядок…
Актовый зал стал заполняться задолго до назначенного часа и за двадцать минут до начала сбора был уже полон. Ровно в назначенное время отворилась боковая дверь, и на трибуну вышел Кононов.
— Смирно! — раздалась команда дежурного офицера. Курсанты замерли вдоль рядов. Капитан махнул рукой:
— Садитесь.
Отложив в сторону микрофон, он заговорил, лишь слегка повышая голос, отчего по залу прошёл лёгкий ветерок:
— Причина, по которой я вас здесь собрал, вам уже известна. Это распоряжение главкома ВМФ о проведение среди кадетских и нахимовских училищ конкурса для отбора двоих лучших курсантов. Владимир Михайлович замолчал и со значением посмотрел в зал.
— Конкурс будет проводиться среди воспитанников четырнадцати — пятнадцати лет. Победители составят экипаж недавно спущенной на воду яхты «Диана». От себя могу добавить, что яхта самая современная и обычно экипаж для яхт такого класса составляет четыре человека, но «Диана» изначально планировалась для двоих. И я надеюсь, что одним из членов экипажа будет курсант нашего училища. Последнее сообщение вызвало оживление в зале. Потянулись руки. Но Кононов жестом остановил готовые раздаться вопросы и продолжил:
