Это оказался тот пожилой солдат, что отрядил эту парочку нас караулить. Наверно, звание у него было выше, чем у этих молодцев, раз он так командовал… Еще раз сурово смерив нас взглядом, он удалился, стукаясь головой о крышу машины, солдатики переглянулись, вздохнули, отсели подальше и принялись бдить дальше. Ясно было, что теперь разговора с ними не выйдет - пришлось бы орать во весь голос, иначе бы они нас не услышали. С другой стороны, теперь можно было разговаривать между собой, не опасаясь, что они подслушают, о чем идет речь.
- Интересно, долго нам еще ехать? - подумала я вслух и потыкала Марстена локтем в бок. - Марстен!
- Что? - глухо отозвался он.
- Давай решим, чего говорить будем! - прошипела я ему на ухо.
- Валь же все сказал… - покосился на меня Марстен.
- Что он сказал?! - вспылила я. - Что я твоя сестра? Прекрасно, я твоя сестра! Как зовут нашу с тобой маму? А папу? Кто они, чем занимаются?
- Померли, - неохотно выдал Марстен. - Поэтому я вынужден о тебе заботиться…
- Ну и что? - фыркнула я. - Тебя возьмут и спросят, кто были наши родители, и меня спросят, и сравнят показания! Надо придумать… Ой, кстати, а Валь-то не будет знать, что мы придумали…
- Тогда мы точно будем сиротами, - включился в диалог Марстен. Его, кажется, даже тошнота отпустила. - Он, думаю, сообразит сыграть наставника, которому дела нет до прошлого ученика. Ты, стало быть, родителей вообще не помнишь, а я, поскольку гораздо старше тебя, кое-что рассказать могу. Придумаю на ходу!
- Но я должна что-то знать по твоим рассказам, - заметила я. - Так что придумывай сейчас. Но это второстепенно… Так, куда мы там ехали-то? К какому-то водопаду?
- К Гремучему водопаду, - подтвердил Марстен. - Есть недалеко от дома Дарвальда такое чудное местечко. Гремучий - потому что гремит здорово, а так вроде обычный водопад… но в определенные дни лучше туда не ходить. Люди пропадают, а почему - никто не знает. Местные вообще стараются стороной этот водопад обходить. Дарвальд давно собирался туда наведаться, посмотреть, что к чему…
- Отлично, - кивнула я. - А я, значит, напросилась с вами, потому что от тебя ни на шаг, ты мне родителей заменил и все такое прочее. Так что учти, если я буду на тебе виснуть, ты должен не отпихивать меня с воплями "уйди, дура!", а нежно обнимать и утешать! Ясно?
Марстен издал какой-то труднораспознаваемый звук, видимо, перспектива его не обрадовала. Я, впрочем, не собиралась сдаваться, и за какие-то полчаса вытряхнула из него уйму полезных сведений, например, что еще интересного есть в тех местах, где живут они с Дарвальдом, какие там обычаи и все в том же роде. Параллельно мы сочинили более-менее приличную историю касательно наших с Марстеном родителей, да и прочие детали, на мой взгляд, проработали неплохо. Конечно, если нами займутся профессионалы, это нам вряд ли поможет, но хотя бы какое-то время мы продержаться сможем. А там, глядишь, Дарвальд придумает, как выпутаться!
Эта мысль была очень заманчивой, но я быстро взяла себя в руки, подумав "на Дарвальда надейся, а сама не плошай!".
- Марстен, ты помнишь, что про Источник и меч говорить нельзя? - сурово поинтересовалась я.
- Помню, - вяло отозвался он, болтанка усилилась, и Марстену снова стало худо. Да еще выхлопными газами воняло так, что даже меня замутило.
- И про семь падших ты лучше тоже молчи, - сказала я. - А то прикопаются, что за падшие, почему падшие, а там уже до кругов посвящения недалеко, а про них Дарвальд тоже говорить запретил…
- Да понял я… - отмахнулся Марстен.
- Марстен, а если у меня кинжал отберут? - вспомнила я. - Валь его замаскировал, но я читала, что у заключенных вообще все отбирают, даже пуговицы…
- Ну, отберут… - Марстен страдальчески покосился на меня. - Я-то что могу сделать? Я бы спрятал, но он же никому, кроме тебя, в руки не дается.
- А вдруг получится? - жалобно попросила я. Мне смертельно не хотелось расставаться с подарком Альвира!! - Попробуй, а? Я его попрошу, чтобы не жегся!
- Кинжал попросишь?! - Марстен уставился на меня, как на умалишенную.
- Да! - прошипела я. У меня давно уже сложилось впечатление, что мой кинжал воспринимает мои желания. - Ну, так попробуешь?
- Давай… - неохотно согласился Марстен.
Я отколола брошку от обшлага, внимательно посмотрела на крохотный кинжальчик и обратилась к нему с мысленной речью. Пожалуй, воспроизводить я ее не буду, получилось очень сумбурно, но смысл заключался в следующем: если кинжал не позволит себя спрятать, то его, как пить дать, отберут, а поскольку чужим в руки он не дается, то возьмут и уничтожат на расстоянии. Так или иначе, но мы с ним расстанемся. И, если клятая железяка не хочет лишиться хозяйки, то пусть поверит мне на слово, что Марстен - хороший, и позволит ему взять себя в руки и спрятать как следует!
- Ну, пробуй… - сказала я Марстену.
