Странное воспоминание полностью

– Не будем мы выбирать нового главного! – поспешил вмешаться взволнованный своим шатким положением Капитан. Заслышав его раздраженный голос, два парня отвлеклись от игры в карты и теперь как стервятники наблюдали за Капитаном и разбойником. – Да Бог с тобой, Чарли! Не хочешь рассказывать, чего приперся к нам вот так вдруг восемь лет спустя, и не рассказывай! Только вот, что я сразу тебе скажу, братец: не рассчитывай на нашу помощь, если ты опять что-то задумал. Слишком много лет прошло. Да и мы теперь честные люди.

Наступила тишина. Все еще стоящий с кружкой в руке в готовности стать лидером, Тид сосредоточено переводил глаза с Чарли на Капитана, на проголосовавшего за него Щенка и обратно. Чарли взирал на бритоголового с высоты стола словно пытаясь уловить смыл его слов. Потом глянул на Жана-Антуана:

– Что-то я не пойму, что он говорит? – спросил Чарли француза, показывая на Капитана.

– Нет-нет, мсье, пожалуйста, не впутывайте меня в эти запутанные дебаты.

– А он что говорит? – не поняв последнего слова, спросил Чарли Щенка, показывая на Жана-Антуана.

– Не обращай внимания, Чарли, – поднялся Десять Кулаков, дожевывая и водя языком за щеками. – Мы очень рады тебя видеть. Скажу за себя, я-то точно рад! И парни, думаю, тоже. Я прав? – сидящие за столом покивали, и Десять Кулаков продолжил: – Капитан хочет сказать, мы думали, что ты уже не вернешься. К тому же, за эти годы у нас много что произошло. А теперь ты появляешься на пороге, и каждый из нас понимает, что это что-то значит! И как всегда что-то большое и серьезное.

Чарли слушал его через плечо, не глядя, а когда тот договорил, блестящие черные глаза с серьезным видом воззрились на мужчину в синем свитере. Разбойник медленно развернулся к Дести Кулакам.

– Не думайте, я не задержусь в Лондоне надолго. От вас мне ничего не нужно. И хотя я мог бы считать каждого из присутствующих своим должником, я твердо заявляю: я пришел сюда не для того чтобы требовать. Я пришел, потому что хотел предложить, – Чарли зашагал по столу в сторону Десяти Кулаков, внимательно приглядываясь к нему. – Это не ящик рома ли там за тобой?

– Он самый!

– Кидай сюда бутылочку, а то что-то лица вокруг начали трезветь! Да и потом, моему французскому другу нужно напиться.

– Умеешь ты вести разговоры, – одобрительно захохотал Питер Тид и повернулся к Жану-Антуану. – Сейчас тебе точно полегчает, парень!

Бросив разбойнику темно-зеленую бутылку, Десять Кулаков приободрился и даже начал что-то напевать, доставая еще пару таких же.

– Так что ты хочешь предложить? – деланно без интереса спросил Капитан.

– Хотел. Хотел предложить. Одно денежное дельце. Средств до конца жизни хватило бы. Да только это не актуально. Вы же теперь честные люди, как я понимаю, – отмахнулся Чарли, усаживаясь на стол свесив ноги и открывая бутылку. – А по чьей вине отбились от дел?

Он рассеяно обвел всех вопросительным взглядом и стал пить ром из горла.

– Ну ладно! Не такие уж и честные мы люди, – нехотя признал бритоголовый и закатил глаза, когда вслед за его словами раздался ехидный смешок Чарли.

– А то я не знал этого! Живете всем скопом в той же лачуге, да продолжаете обкрадывать торговые суда. Будь вы честными людьми, разъехались бы уже подальше из этой дыры.

Вскоре после того, как бутылки рома обошли круг сидящих за столом несколько раз кряду, разговоры о делах забылись, Рыжий заиграл бодрую и не совсем складную мелодию на скрипке, изрядно захмелевший Жан-Антуан уже минут десять пытался справиться с приступом смеха; остальные члены уличного братства подняли прежний галдеж, какой доносился из-за двери в проулке, а Чарли, сидя в обнимку с Капитаном на столе, зловещим голосом рассказывал всем историю о том, как он украл шкатулку с византийским камнем, привезенную для королевы из восточной Европы.