Их глаза встретились. Она открыла было рот, но из него не вырвалось ни звука. Гарри никогда не обнимал её так. Обычно инициатива исходила от неё и это были дружеские объятия. Кожные рецепторы потонули в пучине новых, неведомых ранее, ощущений. Гермиона понимала, что проиграла эту схватку и неожиданно для себя поняла, что впервые в жизни ей нравится быть побежденной. — Гарри, — с трудом вымолвила она спустя какое-то время. — Какие же красивые у тебя глаза…
========== Глава 1. После победы ==========
Гарри ещё раз окинул полуразрушенные башни замка Хогвартс мёртвым взглядом. В зелёной пучине, под тоннами невыносимой боли, тонул окружающий мир с его несбывшимися надеждами, разбившимися, словно хрупкий хрусталь о каменные полы, окрашенные в кровавые цвета. Руины частично похоронили под собой тех, кто никогда уже не сможет вернуться, увидеть солнце, звёздное небо; почувствовать своей кожей лёгкий ветерок; уловить запах цветов, росы, скошенной травы, волос любимой женщины… Гарри вздрогнул и резко отвернулся. Он не мог больше смотреть туда. Обугленные тела, лужи крови, кругом следы смерти — всё, что осталось от чудесного сказочного мира, в который он впервые прибыл восторженным 11-летним ребёнком. Казалось, смерть преследует его повсюду. Она будто шла по пятам год за годом, играючи забирая в своё тёмное царство всех, к кому он имел неосторожность привязаться или полюбить, но при этом всегда, по непонятной причине, позволяла ему ускользнуть из своих объятий. Феноменальное везение Гарри Поттера. Было ли оно благом?
Он брёл погруженный в свои мысли, не разбирая ничего вокруг: ни голосов людей, которые хватали его за руки, ни криков друзей, бежавших за ним. Солнце поднималось всё выше, вдыхая жизнь в это место. Очки запотели, но Гарри не мог найти сил снять и протереть их. Да, так даже лучше. Расплывчатые силуэты не позволяли различать все искореженные тела. Он не хотел ничего видеть, не хотел слышать, не хотел жить…
Кто-то подходит и говорит слова восхищения, жмёт руку, благодарит… Гарри не узнаёт лица, он мечтает убраться отсюда. Молли рыдает над телом сына, на холодном каменном полу он видит Люпина и Тонкс…. Сколько можно? Боль в груди опаляла жаром, выпущенным из пасти дракона и становилась гораздо сильнее боли в шраме, которую он когда-либо испытывал.
Война окончена. Тёмный Лорд повержен. Но почему-то не наступило ожидаемой радости или облегчения. В груди разрасталась огромная чёрная дыра, затягивая Гарри всё дальше в пучину непроглядной скорби.
Гермиона специально замедлила шаг и дёрнула руку Рона на себя. Его непонимающий взгляд одновременно казался ей милым, но и немного раздражал. Сейчас Гарри хотел побыть один. Она осознавала это, глядя на мужественный удаляющийся силуэт, и с горечью чувствовала, что надо позволить ему это, хотя дико не хотела отпускать. То, что Гермиона увидела в омуте зелёных глаз друга напугало её. Он отдалялся. И делал это намеренно, что ей определённо не нравилось.
***
Три недели спустя. Нора.
Гарри проснулся от собственного крика. В комнате никого не было и это не могло не радовать. Последнее время он не хотел никого видеть, слышать слова поддержки, улавливать жалость во взглядах и в нотках голоса. Кошмары стали постоянными его спутниками. Наверное, именно поэтому он таращил глаза в потолок почти до утра и проваливался в сон лишь тогда, когда сил совсем не оставалось. Потом спал до обеда, пока все остальные занимались делами по дому или развлечениями.
Маги учились жить в новом мире. В том, где нет войны и страшного зла в виде Тёмного Лорда. Они устали от напряжения, от тягот последних лет и сейчас чувствовали явное облегчение. Большинство смирились с потерями и просто хотели забыть, идти дальше. Они имели на это право. Тогда почему же Гарри так злился на всех и не разделял этого веселья? Да, нельзя вечно оплакивать погибших, но, по его мнению, это было предательством. Вот если бы он не выжил в том лесу, если бы не случайность с Бузинной палочкой и Волан-де-Морт убил бы его? Все также забыли бы его спустя три недели….
Гарри злился. И эта злость была какой-то новой, он даже чувствовал некий временный прилив сил. Он точно псих, с ним всё не так с самого рождения. Он не может, не умеет, не хочет забывать. И не способен не чувствовать эту невыносимую боль, не видеть перед сном искореженных смертью лиц, не слышать крик матери, не погружаться в воспоминания Снейпа…
Даже Рон и Джинни, потерявшие брата, начинали понемногу улыбаться и радоваться каким-то мелочам: будь то полёты на метле или нагоняи садовым гномам. Гермиона продолжала изучать новые тома книг и с маниакальной настойчивостью пыталась вернуть его к жизни, параллельно выстраивая отношения с Роном. И Гарри не хотел сознаваться себе, что его это задевало. Золотое трио медленно рассыпалось и скоро будет погребено под завалами воспоминаний. Эта странная любовная связь внутри их троицы начала казаться ему чем-то противоестественным, а может он просто боялся, что друзья, увлечённые новыми нежными чувствами, постепенно вычеркнут его из своей жизни, оставляя совсем одного.
Он готовился к этому. Откровенно, иногда хотелось бросить всё и закрыться на Гриммо с ворчливым Кикимером и бутылкой огневиски. Чтобы не смотреть, как переплетаются ладони его лучших друзей, как рука Рона бесцеремонно ложится на коленку Гермионы, а она водит по его волосам нежными пальчиками.
