Новый мир оказался не таким, каким он его видел. Странный, необычный, загадочный, со своей мрачной тайной и жителями, которые не шибко приветливы к тем, кто в него только входит.Содержит нецензурную брань.
Вечернее солнце садилось за горизонт, даря последние лучи тепла остывающей земле и небольшому замку, расположившемуся на утесе скалы. Морские волны бесчисленное количество раз бились о прибрежные камни, медленно стачивая их, год за годом, столетие за столетием, уничтожая камень. Когда-то, еще на заре времени, когда боги ходили по земле, эта гора возвышалась до облаков, а её вершина являлась чем-то недосягаемым, для простых смертных. Много кто сложил голову, пытаясь взобраться на эту гору, полагая, что здесь спрятаны несметные сокровища или вселенская мудрость, позволяющая стать наравне с богами, дабы править смертными.
Годы шли, море продолжало точить камень и гора, медленно, становилась меньше. От неё откалывались целые пласты земли и камней, особенно во времена буйства водной стихии, когда шторма, то и дело бросали высокие волны на камень, аки на штурм. В конечном итоге, ничто не вечно и камень, медленно, но верно уступал воде, сопротивляясь во время каждого шторма, коих становилось все меньше. Гора же больше не возвышалась над облаками, а другая её часть, что не соприкасалась с морем, поросла травой и обзавелась небольшой рощицей. Все больше и больше жизни появлялось с этой стороны, даже не подозревая, что соленая вода подступает все ближе и ближе. Рано или поздно она захлестнет рощицу и всех её жителей, отправив все это на дно, на радость духам воды и рыбам, резвящимся в водных просторах.
Когда появился замок на скале – не знает никто. Он просто возник там, словно выбрался из камня, не желая больше ютиться внутри горы. По началу, это была только башня, напоминающая шпиль, иглой уходившей в небо. К нему добавлялись пристройки, маленькие здания и стена, защищавшее все это. Из года в год все пристройки становились каменными, а само место преобразовалось в неприступную крепость, служащую не просто домом и укреплением, но еще и путеводным маяком для морских караванов, курсирующих по теплому морскому течению уже не одно столетие.
Эти земли не знали конфликтов, не ведали войн и здесь всегда было тихо и спокойно, даже когда это место занял тот, кто и сейчас проживает в нем. Разве что здесь стало менее людно, постепенно дороги, ведущие к замку, опустели и пришли в негодность, зарастая травой и кустарником. Путники больше не показывались в этих землях, торговцы не везли сюда свои караваны, а случайные прохожие предпочитали останавливаться в таверне, находящейся в нескольких лигах к югу.
Здешний владелец не любил гостей, предпочитал тишину и покой. Замка он не покидал – так думали все, а его слуги не спешили отрицать подобные заявления, ведь они сами никогда не покидали сего места.
Естественно были и те, кто считал владельца давно мертвым, а значит его имущество оставалось бесхозным, но даже тогда никто не спешил соваться в замок, прекрасно помня о тех случаях, когда оттуда возвращались последние «искатели приключений и наживы». Они бормотали какой-то несвязный бред, проклинали живые деревья и стены, а также тряслись, аки осиновый лист, стоило лишь упомянуть жителей замка. Ходили слухи и о призраках, о ужасных чудовищах, населяющих не только лес возле замка, но и сам замок. Мол его хозяин – то еще чудовище и лучше с ним не связываться. Ему приписывали рога, копыта, несколько голов и особо впечатлительные и с богатой фантазией так и вовсе бормотали о том, что хозяином замка является дракон, последний в своем роде. Наверное, потому это место и получило название Замка Драконий Клык. О нем слагали сказки, пугали им детей и даже упоминали как место, куда лучше не соваться простым путникам, а на картах Драконий Клык был обозначен красным крестом, как запретное место.
На самом же деле здесь не было никаких драконов. Не было несметных сокровищ или проклятых, мерзких мутантов или демонов. Тихие коридоры замка не слышали детского смеха уже сотни лет, но никогда не были покрыты пылью. Старые гобелены украшали каждый коридор, наряду с картинами различных мастеров, изображающих периоды истории многих королевств и империй, как человеческих, так и других народов. Были здесь и стойки с доспехами, молча стерегущих некоторые комнаты. Прекрасные ковры устилали полы, нога в которых утопала по щиколотку в ворсе, скрывая каждый шаг. Мрачность этого места подкреплялась лишь скудным освещением. Свет здесь всегда был приглушен или отсутствовал, а узкие окна-бойницы не давали его в достаточной мере, чтобы осветить каждый угол.
