Странный тайник полностью

Посвящается Лео

Шепот в эфире. Обрывки переговоров на неизвестных частотах. Кто-то невидимый отдает приказы…

— В южном секторе обнаружена цель.

— Данные расшифрованы?

— Ими занимаются.

— Подтвердите дистанцию.

— Два клика один клозинг.

— Системы работают нормально?

— Все системы работают нормально.

— Сколько осталось до начала контрольного отсчета времени?

— Четыре минуты. Катастрофа неизбежна.

День тянулся так долго, что казалось, не кончится никогда. Дез скучал на заднем сиденье. Мелькавший за окном пейзаж, который мать называла «чудесным», надоел ему до чертиков. Отец тоже был не в настроении. Его терпение окончательно лопнуло после того, как Дез умудрился потеряться в маленьком городке, где они остановились пообедать. Отец все время ворчал, что из-за этой задержки они «нарушили график», — хотя для чего нужно было придерживаться какого-то графика, Дез не мог взять в толк. Они проводили лето, путешествуя по Франции, и сейчас проезжали местность под странным названием Дордонь, которое, по мнению Деза, напоминало скорее медицинский термин, чем географическое название, а всякие там графики и расписания годились разве что для школы, от которой он, слава Богу, свободен еще, по крайней мере, месяца полтора.

— Черт возьми, Мэри, через полчаса совсем стемнеет! Дез забился подальше в угол, чтобы не попадаться отцу на глаза в боковом зеркале.

— Это еще не значит, что ты должен гнать как сумасшедший, Тед. — Мать за всю жизнь так и не смогла усвоить, что критику в свой адрес за рулем отец ненавидел даже больше, чем опоздания. Пока родители переругивались, Дез вытащил электронную игрушку и углубился в свои мысли. После возвращения в Англию им предстоял переезд в новый дом и соответственно переход в новую школу, что не могло не внушать Дезу некоторые опасения. Новые учителя, новые ребята — друзья или враги, кто знает? — и никого надежного, кроме верного пса Руфуса. Несмотря на то что Дез был оптимистом и всегда надеялся на лучшее, он понимал, что начало сентября ничего хорошего ему не сулит. Поэтому он твердо решил провести эти каникулы как можно веселее, пренебрегая желанием родителей, чтобы путешествие по Франции он использовал для изучения французского языка.

Дез оторвал взгляд от маленького светящегося экрана. За окном заметно потемнело. Фары со смешными черными полосками (приклеенными, чтобы не ослеплять встречные машины) освещали дорогу впереди, но из-за частых поворотов почти ничего нельзя было разглядеть. Дезу тоже показалось, что они ехали слишком быстро. С одной стороны шоссе проносились зубчатые силуэты елок, образующие сплошную стену, с другой — низкий чахлый кустарник, за которым тоже виднелись деревья. При такой скорости они и впрямь быстро доедут до отеля. Дез сосредоточился, собираясь уничтожить на экране вражеское вторжение, как вдруг услышал испуганный вскрик матери.

— Тед! — Мать показывала рукой на приближающийся поворот. — Тед, тормози! Дез разглядел темные очертания, которые она заметила первой потому, что сидела с правой стороны, там, где обычно сидит водитель[1]. Очертания походили на кирпичную стену, и Дез внезапно понял, что это не что иное, как огромный грузовик.

— Тормоза не работают! Дез увидел напряженное лицо отца в мягком зеленом свете приборной доски. Отец судорожно вцепился в руль, изо всей силы вдавился в спинку сиденья.

— Мы едем еще быстрее! В этот момент время словно замедлилось, растянулось и расширилось. Дез как завороженный уставился на огромное черное пятно на шоссе, которое угрожающе надвигалось па них. Он знал, что отец отчаянно пытается справиться с тормозами, и увидел, как мама медленно поворачивается к нему лицом, просунув левую руку между сиденьями. Последнее, что он помнил, это как щелкнул замок на двери машины.

Дез проснулся. Да и спал ли он? Впереди мерцал странный оранжевый свет. Дез лежал на боку. Когда он попытался встать, опершись на левую руку, то почувствовал боль во всем теле. Если то, на чем он лежал, было кроватью, то вся она почему-то была усыпана пылью и мелкими камнями. Вдруг он все вспомнил. Они попали в катастрофу! Оранжевый свет — это огонь. Что с родителями, вдруг они остались в машине? Дез с трудом поднялся, ноги плохо повиновались ему. Внезапно на его плечо легла чья-то рука и пригнула мальчика снова к земле. Он замер.