Человек проснулся сразу. Он распахнул огромные черные глаза, долю секунды ошалело смотрел на двоих людей, склонившихся над ним, а потом с диким криком шарахнулся прочь. Раньше чем его успели задержать, он вырвался и, бросив светильник, ринулся по коридору.
— Шальной какой-то. — Буян покрутил пальцем около лба. — Или скаженный… Видел, какого стрекача задал?
— Видел, — кивнул Мечислав. — Но теперь мы не узнаем, кто он и что здесь делал. Может быть, он знал выход?
Гусляр хитро подмигнул ему:
— Может, еще и узнаем! Слышишь?
В этот миг за поворотом, где скрылся незнакомец, раздался грохот, будто упала груда железа, и сдавленный крик.
— Молодец Гаралъд! — похвалил гусляр, — Хорошо поработал. Пошли, Мечислав, вынем у него нашего приятеля, пока он его не раздавил!
Они вернулись и увидели, что Буян был совершенно прав. Убегая от славян, чужак налетел прямо на рыцаря, который потихоньку следил за ним из-за угла. Гаральд держал его, придавив коленом к полу, а тот, стиснутый его кулаками, не шевелился и только дико вращал глазами.
Ободряюще похлопав по плечу рыцаря, Буян присел около незнакомца.
— Кто ты? — спросил он, — Откуда тут взялся?
Парень вскрикнул и дернулся. Гаральд несильно ткнул его кулаком под ребра:
— Отвечай!
— Оставь его, может, он не понимает… Ты меня понимаешь? Как твое имя? Я, — гусляр показал на себя, — Буян. Это, — он похлопал по плечу рыцаря, — Гаральд, а ты?
Его палец уперся в грудь парня, и тот, посмотрев на него, ответил:
— Синдбад.
— Понимает! — обрадовался Буян, — Ну, Синдбад, как ты тут оказался? Да говори, не бойся — ничего с тобой не случится!
Парень обвел глазами всех четверых.
— А вы кто такие? Не духи? Не джинны?
— Ах, вот ты о чем! — Буян с удовольствием рассмеялся, — Мы сами тебя чуть за призрака не приняли, потому и подкрались так!.. Нет, мы просто люди, правда, из чужой страны. А сюда попали случайно. Меня ты уже знаешь, я гусляр и певец, а еще немного колдун, как говорит вот этот молодец, что не дает тебе пошевелиться… Ты не думай, он неплохой парень, просто очень упрямый…
С шуточками и прибаутками Буян представил Синдбаду всех своих друзей. Тот только вертел головой, соображая.
— Значит, вы просто люди? — опять спросил он.
— Как видишь. А что?
— Я тут уже несколько дней и пока никого, кроме призраков и мертвецов, не видел.
— Мы тут первый день и тоже пока никого, кроме мертвецов и одного чудовища, не видели, — в тон ему ответил Буян. — Ты знаешь, где выход?
Синдбад при этих словах так вздрогнул, что все решили, что он увидел кого-то за их спинами.
— Выход? — переспросил он, — К несчастью, да…
— А почему так печально? Его уже вода залила?
— Если бы, — вздохнул он. — Я моряк. С тринадцати лет, еще когда был жив отец, я плавал по всем морям, что есть на земле. Мне не раз грозила смерть. Я видел столько всего, что про меня сочиняют легенды, и стоит мне где показаться и назвать свое имя, как все говорят: «О, знаем, Синдбад Мореход!..» Многие истории про меня выдуманы — я слышал восемьдесят, и половина из них — сказки, но остальное — 'чистая правда. Я по наследству купец, но страсть к дальним землям сильнее меня, и я не столько торгую, сколько езжу по свету в поисках приключений. Если бы тот ход залила вода, я бы выплыл — я неплохо плаваю… Нет, то, что там, — страшнее!
Буян вскочил и дернул его за собой:
— Пошли, покажешь. Нас теперь пятеро, и пусть нас боятся! А что ты в пещерах делал, Синдбад? — на ходу спросил Буян.
Тот вздохнул.
— В последнем путешествии я потерял все, в том числе и те деньги, что мне доверили багдадские купцы, — заговорил он. — И оказался я в долгах со всех сторон. Дали мне десять дней сроку, чтобы заплатил я заимодавцам. Прослышал я, что в этих горах есть сокровища, и пошел сюда. Шел я семь дней, пока не добрался сюда, и наконец…
— Короче, решил ты ограбить Аджид-пашу, чтобы выплатить долг? — остановили его.
— Это было самое глупое, что я мог сделать, — сознался Синдбад. — Ведь сокровища его заговорены джинном…
— Джинна мы видели, так что можешь не сомневаться: с нами он тебе не страшен!
— О, джиннов и я видел, и немало. Но вы сейчас сами увидите, что я имел в виду…
Впереди что-то мелькнуло.
Синдбад остановился как вкопанный, а потом шарахнулся назад. Лицо его побелело.
Маленький силуэт приблизился, и стало видно, что это собачка. Обыкновенный щенок, весь белый, с одним рыжим пятном на боку. Кутенок, завидев людей, бросился к ним с радостным визгом и стал ласкаться, игриво хватая их за носки сапог. Буян присел, и щенок забрался к нему на руки, виляя хвостиком и повизгивая.
Даже Властимир улыбнулся, слыша визг щенка, что лизал гусляру руки. Все тянулись погладить малыша, и только Синдбад смотрел на него с ужасом и ненавистью. Но щенок, казалось, не замечал такого отношения к себе и, когда гусляр протянул его парню, принялся заигрывать с ним.
— Прочь от меня! — Синдбад стал испуганно отбиваться, — Уберите его, иначе я его убью!
Буян спрятал щенка подальше:
В чем дело? Что он тебе сделал, такой маленький…
