Он посмотрел мимо нее в поисках других, тех, кто мог послать ее сюда, чтобы отвлечь его, хищников, стремящихся отобрать все, что у него было. Но никого не увидел.
— Где твоя семья? — произнес он.
Она на миг посмотрела на него, пожав плечами:
— Умерли. Мама умерла на прошлой неделе. Я осталась одна.
— Быть здесь одной опасно.
Еще одно пожатие плеч.
— Компаунды не пускали меня. Они не пускали никого из нас, когда у меня еще была семья. Уличный сброд, так они нас звали. Мусор. Иногда еще хуже.
Он некоторое время изучал ее. Затем вздохнул:
— Иди сюда и садись рядом со мной.
Она сделала это осторожно, с подозрением на его мотивы. Когда она села, то позаботилась, чтобы оказаться дальше расстояния вытянутой руки. Он понял, что она понимала опасность лучше, чем он. Молча он протянул ей еду и воду в контейнерах.
— Вот. Бери.
Она ела и пила так, будто не делала этого очень долгое время. Он смотрел, как она поглощает все, редко делая паузу, чтобы посмотреть вверх.
— Вкусно, — все, что она сказала.
Он закончил есть, и к этому времени она покончила со своей порцией. Она вытерла рот рукавом пальто. У нее было угрюмое и не очень красивое лицо, но ее улыбка была приятной. Она наклонила голову в его сторону:
— Спасибо.
Он кивнул:
— У тебя есть кто–нибудь, с кем ты живешь?
Она покачала головой:
— Никого из близких. Не знаю даже, если кто живой дальше. — Она помедлила. — Я могу пойти с вами.
Он нахмурился:
— Это не очень хорошая идея.
— Я могу держать темп. Я хороший ходок. Я могу помочь нести посох. — Она облизнула губы, глядя на свои ноги. — Я могу согревать вас ночью. Я могу делать всякое для вас.
— Там, куда я направляюсь, опасно. Ты не будешь в безопасности.
Она презрительно скривила губы.
— Безопасность? О чем вы говорите? Я здесь не в безопасности! Я везде не в безопасности! Знаете, что происходит с такими как я девочками здесь, когда они остаются одни? Знаете, что уже случилось, хотя и двух дней не прошло после смерти мамы? Безопасность? Эй, мистер, в каком мире вы живете?
Он покачал головой:
— Это не имеет значения. Ты не можешь пойти со мной.
Она с минуту смотрела на него, затем ее плечи поникли.
— Я думала, вы так и скажете, но я должна была спросить. Вы не похожи на того, кому нужна я или кто–то еще. — Она украдкой взглянула на него. — Не дадите мне еще немного еды? Всего чуть–чуть?
Он отдал ей половину того, что у него было. Он ничего не мог с собой поделать.
Когда он смотрел на нее, то видел Майке, веснушчатую девочку, которую он оставил в компаунде Сэйфико Филд после исчезновения Ястреба. Он велел ей бежать, но убежала ли она? Если да, то докатилась ли она до такой же жизни, как эта девочка — оборванная, голодная и одинокая? Ему не хотелось об этом думать, но ничего не мог поделать. Все эти оставленные дети, брошенные в мир хищников и ядов, безнадежные беспризорники.
Он хотел спасти их, как Майкл спас его несколько лет назад. Но он понимал, что это невозможно. Он не мог спасти их. Наверное, никто не мог.
— Вы уверены, что не возьмете меня с собой? — снова спросила она его. — Я не буду мешаться. Я сделаю все, что вы скажете.
Он покачал головой:
— Скажу тебе, что нужно сделать, — сказал он ей. — Ступай обратно по дороге, через мост в Вашингтон, и продолжай идти на север по шоссе. До первой двухполосной дороги, до которой ты дойдешь — только эта будет настоящим хайвэем — по ней ты пойдешь на восток к горам. Несколько других детей идут этим же путем. Еще больше детей ждут их, а также несколько взрослых. Они все направляются в место, которое на самом деле будет безопасным. Если ты сможешь их догнать, то с тобой все будет хорошо.
Она с сомнением посмотрела на него:
— На самом деле?
— Это лучше, чем оставаться здесь, не правда ли?
Она медленно кивнула, откидывая назад непослушные пряди своих длинных волос.
— Ладно. Думаю, можно попробовать. Я хорошо хожу пешком. Я найду дорогу. Несколько других детей будут хорошей компанией.
— Если ты пойдешь сейчас, то к ночи доберешься до перекрестка. После этого просто поверни на восток, пока не догонишь их. Будь внимательна.
Она криво усмехнулась:
— Можете этого мне не говорить. — Она сделала паузу. — Действительно, так опасно там, куда вы идете?
— Еще хуже.
Она мгновение изучала его:
— Ладно, я вам верю. Удачи вам. И спасибо.
Спустя короткое время он отправился один, помахав ей на прощание, а она пошла в противоположном направлении. У нее не было припасов, кроме тех, что он дал ей, и другой одежды, кроме той, что она носила. Она была худой, оборванной фигурой, пока не исчезла из поля зрения, и он задумался, как и в случае с Майке, увидит ли он ее снова.
Немного спустя, вновь появился филин, спикировав прямо перед ним, чуть не задев его голову. Он резко остановился и уставился на него, пока он кружил взад–вперед.
Он в недоумении следил за этой птицей, прикрыв глаза ладонью от блеска солнца.
— Да что с тобой? — закричал он на птицу.
