Из оранжереи доносились странные, леденящие душу звуки, словно кто-то измывался над кошкой. Тема не выдержал и звонко залаял. Нина, минуя участок, сразу направилась к теплице, от которой, как рукава, тянулись трубы к подножью горы. Перед входом, попросив Валентину и детей сгруппироваться, быстренько проскочила с ними внутрь, чтобы не нагнать холода. Никакой кошки внутри не было. Под пальмой в темно-синей форме полицейского стоял пузатый мужчина с саксофоном в руках. Хотя его щеки были багрово-красными, а со лба стекал пот, лицо выражало состояние блаженного удовлетворения и неземного счастья.
Нина захлопала в ладоши, приглашая гостей присоединиться.
– Толенька, молодец, – слащаво воскликнула она, – я узнала, это была Summer Time, правда? Обожаю! Дети, а вы знаете эту музыку? – Нина незаметно подмигнула им.
Гости не могли прийти в себя, разглядывая чудесный сад. Первой ожила Маша.
– Тут у вас лето настоящее, как в сказке, – оглядывалась она по сторонам, расстегивая пуговицы.
В теплице стояла тропическая жара. Анатолий Семенович довольно улыбнулся, вытер со лба пот и перевел удивленный взгляд на Нину.
– А кто это к нам пожаловал? Покупатели?
– Толенька, – рассмеялась Нина, – не узнаешь? Посмотри на мальчика. Никого не напоминает? Думай…
Участковый наклонился к Витьке, провел рукой по взъерошенным рыжим волосам и в растерянности посмотрел на Нину.
Она удивилась.
– Ну как же? Я сразу узнала.
Толя посмотрел в глаза мальчику и как будто на секунду провалился в сон, а придя в себя, сразу прозрел:
– Ну конечно, Рагутин Лешка.
– Только не Лешка, а Витя. Лешкин сын. Прикинь, что делается! А мы ни сном ни духом, что Рыжик наш мальчишку родил. Убивались, мол, никого из Рагутиных не осталось, а вот, пожалуйста…
Толя обнял Витю, крепко прижал его к груди и расцеловал.
Нина быстро изложила суть и причину приезда детей, она представила Валентину и заикнулась о письме, но Толик даже не глянул в протянутую детьми бумажку – и так все понял. Он схватил Витьку за руку, словно боялся, что тот убежит, и устремился на выход. Через пару минут все уселись в машину и мчались к заветному дому. Анатолий Семенович решил сначала показать детям, что им папка построил, а потом вернуться в участок, чтобы сделать копию письма и связаться с главой их кооператива. Маша и Витя переглянулись. Такого оборота они не ожидали – копия Витиных каракулей не входила в их планы.
Дом оказался небольшим, но очень уютным: три спальни, кабинет, гостевая, светлая кухня – она же гостиная и просторная веранда. Мебели почти не было: всего три кровати – большая в родительской спальне и две поменьше в детских комнатах, пара стульев и письменный стол.
Маша, как только вошла, почувствовала запах гари, как будто кто-то печку недавно топил, но никаких печек тут не было, даже камин был газовый. Витя и Тема наперегонки носились по комнатам. Маша еле отловила братца и напомнила о подарках. Только он мог знать, в каком из шкафов их искать. Маша шепнула Валентине, чтобы та отвлекла Нину и Толю, а лучше всего вывела из дому якобы осмотреть участок на предмет инспекции, чего там растет и что еще посадить. Когда дети остались одни, Витя театрально закатил глаза и застыл посреди комнаты. Маша подождала с минуту, но не выдержала:
– Витька, ты чего? Не знаешь где? Думай! Без кольца нам нельзя возвращаться.
Витя обошел комнату по кругу, принюхиваясь. Маша поняла, что весь этот спектакль разыгрывается с целью ее позлить. Она схватила брата в охапку и повалила на пол.
– Отпусти, – завизжал Витька, брыкаясь. – Наши подарки под подушками в кроватях, а где кольцо, не знаю. Сама ищи.
Маша прижала Витьку к полу еще сильнее.
– Мы сейчас уйдем без всяких подарков, понял? Либо находим кольцо, либо все оставляем на месте.
Витя захныкал и пробурчал:
– Кольцо в тайнике внутри камина. А что ты мне дашь за то, что я все нашел?
– Подзатыльник хочешь? – рассвирепела Маша. – Какой же ты противный!
Маша отыскала три коробочки: в самой большой был планшет для Вити, в средней – телефон для Маши, а в самой маленькой, обтянутой алым бархатом, кольцо для мамы. Она быстро запихнула подарки в рюкзак и пошла за Валентиной. Время поджимало, надо было возвращаться в город, но Валентине уходить не хотелось. Она уже присмотрела комнатку для себя, а на участке – место для сарайчика под живность.
