– Завтра утром маму надо этим напоить. Маме нельзя сейчас в поселок. Ее надо спрятать. Можно она у вас переночует? Нам надо вернуться, а то нас хватятся и придут сюда. Если можете, было бы здорово зарядить мамин мобильный и отправить с него сообщение типа: «Прошу меня не искать. У меня все в порядке. Пусть дети не волнуются». Катя кивнула, но тут же затрясла головой, не уловив сути:
– Погоди, – потянулась она к бутылке с мертвиком. – Это тот самый? Откуда?
– Долго рассказывать. Мария-знахарка помогла. В той бутылочке, что вы мне дали, вырос новый. Потом расскажу, как все было, а сейчас надо сделать так, чтобы маму не нашли.
– Антон?
– Да. Он и не человек вовсе. Ему нужна ее жизнь.
Дрожащими губами Витя шептал на ухо Наташе: «Мамочка, это же мы. Ты нас узнаешь?»
Наташа отрешенно улыбалась, явно не соображая, что происходит, и пыталась встать. Катя подставила руки, еле успев ее подхватить. Опираясь, Наташа сделала пару шагов, а потом еще и еще…
– Вот и хорошо… Пошла… Все сделаю, – успокоила детей Катя, – бегите домой!
Их не было в поселке пару часов, но ничего не изменилось. Антон так же сидел в своем доме-офисе, а Толик все ждал отряд спасателей. Валентина негодовала из-за непослушания детей, но Витька соврал, что все это время они гонялись за Темкой, который сбежал, и пришлось его искать, а вот маму не нашли. Валентина смахнула слезу…
Через пару часов, убираясь на кухне, Валентина заверещала, взглянув на экран бибикнувшего мобильника: «Господи, Наташка! Сообщение от нее. Дети, сюда! Мама нашлась!»
– Ура! – попыталась как можно убедительнее обрадоваться Маша, а Витя подпрыгнул высоко и, хлопнув в ладоши, выпалил: «А мы знали, а мы знали… Ну, типа того, что мама найдется!»
Легкий шлепок от Маши заставил его замолчать. Валентина бросилась звонить Нине, а Маша зудела ей под ухом, что перво-наперво надо сообщить Антону. Звонить Михалычу Валентина отказалась – не могла простить ему Темкин ушибленный бок, и попросила Нину передать начальству, что не нужен никакой спецотряд, нашлась Наташа.
Не прошло и десяти минут, как на пороге, пошатываясь, появился Антон. Казалось, что он вусмерть пьян или хочет таким казаться. Он упал на диван в гостиной и, еле ворочая языком, стал выпытывать у Маши:
– Значит, ты ее нашла! Обманула меня. Знала, где искать. Куда спрятала? Говори, поганка! – хрипел он дурным голосом.
Прикрыв собой Машу, Валентина со сковородкой и ножом в руках пошла грудью на Антона:
– Ты как, паскудник, с ребенком разговариваешь? Наташка сама нашлась, но видеть тебя не желает – вот и не доехала, а куда по дороге свернула, не твое дело. Выметайся! Думаешь, если ты им дом подарил, то все теперь можно? Этот дом, между прочим, Алешей на семейном пепелище построен, на косточках родительских, а ты тут чужак, баблом своим трясешь да обещаниями. И без тебя проживем. Напился в стельку. Стыд какой! Видела, как ты Наташку искал – задницу от кресла боялся оторвать. Иди отсюда, а вы, дети, собирайтесь. Домой поедем.
– Нет! – завопил Витька. – Не поедем. У нас тут дела, правда, Маша?
Маша нахмурилась и тихо произнесла: «Нет у нас никаких дел. Едем домой». Витя хотел было возразить, но, зацепившись глазами за Машин грозный взгляд, умолк. Антон встал, раскинул руки и захохотал:
– Ухожу, а дом как подарил, так и отберу. Никакие вы не наследники. Вы доктору никто…
– Зато я знаю, кто ты, – рявкнула Маша, сверкнув глазами, – ты его убийца! А еще его родственник. Кровный!
Она не смутилась, называя Антона на «ты», не испугалась его грозного вида и продолжала рубить правду-матку:
– Не знал? Так знай. Алеша – правнук Любови Александровны Шумиловой, твоей родной тети. Разве ты не слышал о такой? Разве не прочел в тетради про сестру твоего отца, которая была тут похоронена? Я смогла.
Антон в сердцах стукнул по двери, распахнув ее настежь. Он не заметил, что за дверью стоят Нина и Толик, и продолжал орать:
– При чем тут моя тетка? Шумиловы – дворяне, голубая кровь, а ваш доктор рылом не вышел, да еще дураком оказался, а мог бы разбогатеть. Помешал делу всей жизни, за что и поплатился.
Решительно ступив через порог, Нина, квохкая, как напуганная курица, налетела на Машу:
– Как ты со взрослыми разговариваешь? При чем здесь Антон Михайлович и Шумиловы? Да, жили тут такие помещики сто лет назад. Все они погибли в революцию – времена были тяжелые. Кстати, их усадьба стояла вот прямо тут, на этом месте. Дедушка Алексея – Иван Рагутин, после войны председательствовал и дом себе построил на развалинах усадьбы. Дом лет двадцать назад сгорел вместе с Лешиными родителями, а потом с помощью Антона Михайловича удалось построить новый. И чтоб ты знала, Антон Михайлович и Лешка очень сдружились. Скажи, Толик…
Она повернулась к Анатолию, который смотрел себе под ноги, не поднимая глаз, а потом вдруг обратился к поникшему Антону:
