Русская туристка Надежда Гуляева погибла во время отдыха в Африке, сорвавшись на машине со знаменитого перевала Ребро Шайтана. О, это была дамочка с бурным прошлым! Владелица сети ночных клубов, бизнес-леди со связями, беспощадная, расчетливая. Немало людей могли пожелать ей смерти... В том, что кто-то явно "помог" ее автомобилю рухнуть в пропасть, не сомневается знаменитый татуировщик Егор Царев, который случайно оказался поблизости от места трагедии. Он сумел вычислить виновников смерти Надежды, но теперь никак не может понять, кто же эти люди – расчетливые убийцы или придурковатые Робин Гуды? А может быть, и то и другое в одном флаконе?..
«Она! Точно –
Интересно, узнает она меня? Ха! Пусть только попробует не узнать! Вот сейчас плюхнуться рядом на лежак, хлопнуть красотку по знакомой до боли, можно сказать, родной попке и воскликнуть: «Надюшка, звезда моя! Это я, твой Гашиш!»
Хотя… Нет, конечно, нет. Не тот уровень отношений. Мужики, которые шныряют вокруг и жрут ее глазами, полопались бы от зависти, конечно, однако… как бы им не пришлось лопаться от смеха, когда я огребу здоровецкую оплеуху из этих нежных ручек. А не исключено. Ведь эта красотка выпала, можно сказать, выскочила из моей жизни так же стремительно, как выскакивает из автобуса человек, едва не проехавший свою остановку. И хоть я отродясь не гонялся за бабами, твердо веря, что на каждую
Однако узнает она меня или нет? Конечно, я изменился за эти два года, но не настолько же! Она меня видела, факт, но тут столько мужиков, глаза разбегаются… Ого, рядом с ней как раз освобождается топчан! Ладно, дадим девушке шанс».
Егор неторопливо поднялся, сгреб шорты и сандалии – весь свой пляжный гардероб – и сделал знак пробегавшему мимо бою. Тот понятливо кивнул, отложил совок, которым спешил собрать с бирюзовой глади бассейна упавшие туда сиреневые и розовые лепестки (в мае в Агадире все цветет как ошалелое), перекинул через плечо бело-синий полосатый матрац, совершил небольшую пробежку – и уложил матрас на освободившийся лежак, ровно на полсекунды опередив долговязого немца, который с апломбом истинного арийца маршировал с другого края бассейна. Немец полыхнул на маленького араба откровенно расистским взглядом, словно отчаянно пожалел в эти мгновения о бесславной судьбе армии Роммеля, которая легла костьми как раз где-то в этих местах, в северо-западной Африке. А может, просто в северной, какое это теперь имеет значение? Главное, что Роммель не успел прижать к ногтю арабов, и нынче любой и каждый из них мог перейти дорожку потомку победоносных тевтонов. Впрочем, оный потомок не мог не понимать, что бой действовал в данном случае под давлением превосходящих обстоятельств. Немчин окинул взглядом бледно-голубых глаз эти неспешно приближающиеся обстоятельства в лице Егора, оценил его впалый, перетянутый буграми мышц живот, накачанные плечи, а также – свидетельство ошибок молодости – изрядно выцветшую татуировку (спиртовой тушью деланную, где ж
Более на плацдарм возле прекрасной дамы не претендовал никто, и Егор занял его с видом победителя.
А дама, заметьте себе, словно бы и не ведала, какие баталии вокруг нее разворачивались. Лежала себе и лежала, устроив на сомкнутых руках красивую рыжеволосую голову, неотрывно глядя на синюю-пресинюю гладь воды… Строго говоря, водичка была голубая, но никто из людей,
И Егор вдруг остро, словно это было только вчера, вспомнил, как она царапала остреньким темно-красным ноготком по его плечу, обводя очертания куполов, цепей, которые разрывал орел, чаши, на которой покачивалась церковь, и выспрашивала: «А это что значит? А это?» И он, поеживаясь от щекотки, рассказывал, что орел с буковками УК (Уголовный кодекс называется) – это государство, весы – срок, который оно отвесило гражданину Цареву Егору Константиновичу, четыре купола – четыре года, которые ему назначено было чалиться, разорванные цепи – знак того, что вышел досрочно.
– Гоша, а больно было колоться? – спросила она.
– Да уж, – усмехнулся он. – Это я всю твою божественную попку лидокаином обработал вдоль и поперек, а там, знаешь, никакой анестезии, ни местной, ни общей, и в помине не было: хочешь выглядеть как человек – терпи.
