Отдельные моменты из истории жизни Детей Войны, переживших три года фашистской оккупации, локальную голодовку и послевоенную разруху. Они выжили и выросли, назло всем неприятностям, большим и малым.Они верили в справедливость. Для них – Несправедливость –считалась самой главной неприятностью, более страшной чем, голод, холод и трудные бытовые условия, и они очень надеялись, что смогут победить это человеческое Зло….Книга рассчитана на читателей –Детей и подростков, хотя может быть полезна для читателя любого возраста.
Раньше улица была для детей –жизненной школой.
Сегодня школа – постепенно становится улицей…
Василий Гурковский
Гриша Димитренко был на нашей улице за главного в послевоенные годы, среди ребят, конечно. Никто его не выбирал и не утверждал за уличного вожака, но те, оставшиеся после прошедшей через село , туда и обратно, жестокой Войны и безжалостной послевоенной голодовки, полтора десятка ребят нашей улицы, с возрастным разбросом в шесть-семь лет, считали его главным, без всяких выборов и обсуждений. Он был того достоин.
Гриша по возрасту, не был самым старшим, но его уважали все ребята, выходившие на «улицу» в те годы – и младшие, и старшие.
Обычно –мы- собирались все или почти все, вечером, в канаве, напротив колхозной конторы, а сегодня Гриша, почему-то, вызвал нас утром.
Система оповещения в то время, была простая: – Гриша подходил к воротам своего двора, закладывал пальцы в рот и…свистел. Если он свистел по одному разу, через определенный отрезок времени – значит –он вызывал меня, одного. Если свистел по два раза подряд и тоже, повторяясь через определенное время, -значит он приглашал меня и Кольку Димитренко. Я жил через дорогу от дома Гриши, а Колька -по нашей же стороне улицы, но через два дома. То есть – я выступал в роли близкого соседа, а Колька – был двоюродным братом Гриши, а значит –родственником. Мы были что-то вроде «доверенных» лиц. Гриша нам доверял, а мы старались держать соответствующую марку.
Никого больше Гриша без надобности не беспокоил. Если в этом была необходимость, то в роли посыльных-связных, уже выступали мы с Колькой. Один шел в одну сторону улицы, другой в другую и собирали ребят, если это действительно было надо. Но такое случалось крайне редко, и собирались мы на место постоянного сбора, без всяких приглашений, просто к определенному времени…
Необычность нашего утреннего вызова, Гриша объяснил как-то сжато и не совсем понятно. Он сказал, что сегодня, к вечеру – поведет нас в…кино. Но кино может быть очень страшным, поэтому он заранее ничего нам рассказывать не будет, сами все увидим….
Еще сказал, что никого из наших ребят брать с собой не будем, мало ли что там может быть. И строго-настрого предупредил –чтобы и до вечера, и после того «кино», никто из наших ребят, тем более –посторонних, не узнал об этом , ни до, -ни после. Он (Гриша) сам потом им все расскажет, если это будет нужно.
А нас с Колькой, он берет в качестве свидетелей, чтобы подтвердили его слова, в случае чего….В таких делах всегда должны быть не только действующие лица, но и свидетели…И –добавил, что встречаемся в пять часов вечера, здесь же, сзади его дома. По дороге он может быть что-то еще расскажет, а пока –все –до вечера….Куда пойдем и зачем -он так и не сказал.
А так, как до вечера, было еще далеко, то мы разошлись по своим дворам, заниматься обычными ежедневными хозяйственными делами. Эти «обычные» сельские дела, при всей их общей внешней схожести, в каждом конкретном случае, конечно же, имели и свои особенности.
Все было разным – и площадь приусадебного участка, и наличие подсобного хозяйства, то есть- домашних животных и птицы, наличие во дворе источника воды (колодца), и наличия в семье трудоспособных работников… это было тоже очень важно.
Например, у нас был самый большой на нашей улице приусадебный участок- в половину гектара, на нем около ста плодовых деревьев, одних только вишневых, более тридцати. Мама с папой работали на молдавской части села, в четырех километрах от дома.
Никаких автобусов по селу, в те времена, не ходило, поэтому мои родители, выходили из дома рано, а приходили – поздно. И так – шесть дней в неделю. Воскресение было для них единственным днем недели, в котором можно было привести себя в порядок, постираться, помыться, да и просто –немного отдохнуть. Детей в семье, кроме меня – больше не было. Отсюда вывод – очень многие вопросы, включая уход и кормление поросенка, дойной козы и домашней птицы, постепенно переходили в мое ведение. Бабушка занималась домом и двором. Все остальное должен был тоже кто-то делать…А кто?.
Как я тогда завидовал ребятам, у которых были сестры –братья и было с кем-то не только поделиться, но и поделить….Правда, признаюсь, Что со временем, насмотревшись по жизни на многих и всяких, я перестал завидовать по этому поводу и благодарил судьбу, за то я так и остался в семье один….Трудно было в детстве, зато было меньше ненужных проблем в более позднем возрасте….
