Авантюристы зарабатывают тем, что приносят магические вещи или реликвии из забытых богами мест. Тем кто зарабатывает свой хлеб мечом, не страшны, не дикие звери, не монстры подземелий, но кто же знал в какое проклятое место их заведёт желание подзаработать.
Тьма подступает. Она смотрит и изучает тебя насквозь. Каждую клетку твоего тела. Каждую жилку. Каждый волос. Она проходит сквозь тело, становясь вязкой массой. Застывает возле горла и сжимает его, перекрывая доступ воздуха….
Лиза вскрикнула, и села, на постели отгоняя остатки кошмарного сна. По спине стекали капли холодного пота. Мокрые, растрёпанные кудряшки лезли в глаза. Рядом заворочался Нед.
– Снова кошмары? – сквозь сон пробормотал он.
– Да… – Лиза бережно погладила его по руке, – извини, что разбудила… ты, спи я посижу…
– Ложись. Завтрашний бой ни кто не отменял, – с нажимом в голосе произнёс мужчина, – Не залазь больше так глубоко подмышку … тебе там дышать нечем.
Спорить смысла не имело, и глубоко вздохнув, Лиза снова улеглась на свёрнутую куртку. За стеной внезапно раздался скрип, и халфлингшу затрясло. Мерзкий и протяжный звук говорил о том, что кто-то приближался к их убежищу. От страха не спасало даже понимание того, что в комнату исчерченную рунами не проникнет не одна тварь, будь она живая или мёртвая. С каждой ночью шарканье, доносившееся из-за двери, становилось всё ближе. А вот теперь ещё и скрип. Как будто, кто-то царапал когтями стену. Большие и сильные руки обхватили маленькое тело халфлингши, и тут же, как и всегда, пришло успокоение.
– Спи, Лиза, – зашептал на ухо Нед, – оно не зайдёт, ты же знаешь.
Мужчина нежно погладил её растрёпанные кудряшки.
–Завтра закончим поиски, и уйдём отсюда, – шептал он ей на ухо. И Лизе становилось легче. Она снова вспомнила как всё начиалось…
Несколько недель путешествия закончились возле странного места. Лес тут был словно разделён на двое. Тот откуда они приехали, казался зелёным и приветливым, особенно по сравнению с тем, куда им предстояло зайти. Пожухлая трава и искореженные деревья, как будто просили уехать подальше отсюда. Лиза стояла, в нерешительности глядя на измученные деревья, со скрученными листьями. Рядом, Трантор пыхтя, заталкивал в дорожную сумку все, что им понадобится, и костеря пугливый коней, которые отказались идти в неприятный лес.
– Лиза, где твоя сумка? – окликнул он замечтавшуюся колдунью. Широкоплечий чернобородый дварф, был очень организованным в отличии от неё, – Собирайся, давай, а то глядишь, к вечеру до места не доберёмся. Не хотелось бы в лесу ночевать.
И Дварф снова окинул подозрительным взглядом пожухлый лес. Лиза спохватилась, и бросилась к лошади, на которой всю дорогу болтался её рюкзак, но навстречу ей уже шёл обвешанный сумками Нэд.
– Держи, – отдал он Лизе, аккуратно уложенные вещи, у неё бы так точно не вышло, – Я сложил, сама дотащишь? Где Азиз, пора отправляться?
Из –за деревьев показался жилистый мужчина. За спиной его виднелся полутораручный меч, и огромный рюкзак.
– Я стреножил коней, – С сильным южным акцентом проговорил Азиз. Потом взглянул на лес, и настороженно прищурил свои и без того узкие глаза.
Воин пустынь был немногословен, хоть и единственный из всех являлся уроженцем Великого Халифата, по которому им сейчас довелось путешествовать. Он знал традиции и нравы местных жителей, но не считал необходимым посвящать всю команду в них до того, как те попадут в неудобное положение. Делал он это не из злого умысла, а потому, как не был ни где кроме родных пустынь.
– Может, пошли уже, не хочу ходить по этому лесу больше, чем потребуется… – и воин первым перешагнул линию, за которой начинался мрак.
Спустя пару часов похода, все поняли, что мрачным это место было не только на вид. Птиц тут слышно не было. И кривые деревья окружала звенящая тишина. Воздух из-за этого казался слишком вязким, и даже солнце, нехотя пробивалось сквозь пелену низких серых облаков. Беспокойство стало забираться в душу каждого члена команды. Азиз нервно почёсывал редкую бородку, отросшую за время путешествия. Трантор бубнил под нос Молитвы Роргару. Нед обеспокоенно поглядывал на Лизу, своими зелёными глазами, которые стали сильно выделяться на фоне серо-коричневой листвы. Ей даже казалось ,что он больше волнуется за неё, чем за свою жизнь, по этому халфлингша беззаботно улыбаясь семерила за всеми, иногда обгоняя дварфа.
Нужного места они достигли ближе к вечеру. Серые облака нависали над искорёженным лесом, но ближе к горизонту оставалась тонкая полоска голубого неба. Как будто серая масса туч закрывала шапкой отравленное место и не могла проникнуть дальше разделительной полосы.