Страшный суд начался полностью

Занятия приносили ученикам массу интереснейших знаний. Учителями были старейшие и ученейшие из числа монастырской братии, а на самые сложные вопросы отвечали сами досточтимые члены Совета Посвященных.

— Высокочтимый член Совета, — спрашивала, к примеру, на четвертой неделе занятий одна из принимающих посвящение, — почему меня зовут Бригит, а моего соседа — Христиан? Почему у нас есть еще и Валентин, и Маркус, и Вилли, и Гертруда? Как и откуда появились эти имена?

— Все это — имена, которые праотцы дали своим сыновьям и дочерям. Праотцов, как ты знаешь, было всего трое: святой Эрих Скайя, святой Ульрих Допатка и святой Иоханнес Фибаг. У них в общей сложности было четыре жены, которых мы знаем только по именам. Вот эти имена: Сильвия, Гертруда, Элизабет и Жаклин. От связи с ними праотцы произвели на свет детей, причем в первые годы после Великого Истребления каждая женщина рожала по ребенку в год. Все их потомки получали имена, которые праотцы давали им в честь людей, живших до Катастрофы. Ну как, ты удовлетворена ответом?

Тут слово взял Валентин:

— Вчера мы читали 19-ю главу «Книги патриархов» и никак не могли прийти к единому мнению о том, что же означает встречающееся там слово «птицы»? Высокочтимый член Совета, не мог бы ты решить наш спор?

Высокочтимый член Совета помолчал несколько мгновений, а затем с добродушной улыбкой задумчиво направился к стене класса, у которой на больших деревянных полках висели бесчисленные копии «Книги патриархов». Взяв лист с текстом 19-й главы, он положил его перед Валентином и велел ему прочесть вслух. Там говорилось буквально следующее:

«Глава 19, стих 1: Мой отец поведал мне, что его отец, по имени Эрих, однажды в полдень, увидев огромную птицу, пролетавшую над долиной, произнес следующую притчу.

Стих 2: В мое время существовали птицы, которые были в двести раз крупнее всякой другой птицы.

Стих 3: В утробе тех птиц сидели люди, которые ели и пили.

Стих 4: Через небольшие окна они (люди) могли видеть землю.

Стих 5: Эти птицы летали с оглушительным грохотом, быстрее ветра (проносясь) над необъятным водным простором.

Стих 6: По ту сторону водного простора стояли дома, и некоторые из них были столь высоки, что задевали облака и само небо. Поэтому их называли небоскребами.

Стих 7: В городах, где стояли эти небоскребы, жили миллионы людей.

Стих 8: Мы не знаем, что с ними стало. Упокой, Господи, их души».

— Ну, Валентин, что ты думаешь об этом тексте?

Юноша, к которому был обращен этот вопрос, недоуменно пожал плечами:

— Понятия не имею. Я просто не могу себе представить огромную птицу, внутри которой сидели люди. И не просто сидели, а ели и пили…

— Ты что же, сомневаешься в истинности изречения «Книги патриархов»?

Валентин молчал. И тогда вмешалась быстрая на слово Бригит:

— Этот текст принадлежал перу патриарха третьего поколения, жившего после Великого Истребления. Патриарх ведь сам говорит, что это — притча его деда. А ведь притча — это всего лишь иносказание, аллегория.

Новичок Христиан, сидевший рядом с Бригит и очень редко возражавший ей, ибо он очень любил ее, на этот раз не выдержал и вмешался, с жаром заявив:

— А я понимаю слова Священного Писания буквально, даже тогда, когда тоже не могу представить птицу, столь огромную, что в ней могли сидеть за столом люди. Святой Эрих Скайя не мог солгать своему сыну, ведь он сам был очевидцем событий до Катастрофы.

Слово за слово разгорелась жаркая дискуссия, так что высокочтимый член Совета был вынужден прервать ее:

— Ну хватит, новички! Знайте, что Совет Посвященных неоднократно обсуждал 19-ю главу. Мы даже обращались за ответом к камню святого Берлица. Увы, это нам ничего не дало. И лишь когда мы набрали слово «небоскребы», под ним появились буквы skyscraper[5]. По всей видимости, оно означает «огромный дом» или даже «башня».

Поэтому сегодня возобладало ученое мнение, что что под словами «огромные птицы, в утробе которых сидели люди», святой Эрих Скайя, по всей вероятности, понимал некое видение будущего, представшее ему. Вы ведь прекрасно знаете, что люди не могут летать, однако им всегда было свойственно желание уподобиться птицам. Поэтому святой Эрих Скайя, как бы заглядывая мысленным взором в далекое будущее, провидел времена, когда люди, словно огромные птицы, смогут летать над водой, легко и свободно, не испытывая никаких трудностей. По-видимому, молодой патриарх, записывавший эти слова, допустил неточность. Ему следовало привести глаголы, встречающиеся в стихах со 2-го по 7-й, не в форме прошедшего, а в форме будущего времени. То есть правильнее было бы сказать не «существовали птицы, которые были…», а «появятся появятся птицы, которые будут в двести раз крупнее всякой другой птицы». Ну что, новички, вы меня поняли?