Грегор глубоко вздохнул и разжал кулаки. Затем он спустился в холл первого этажа, на ходу скидывая плащ и камзол. Там, держа свежий костюм на вытянутых руках, уже стоял Карвиш. Черный палач быстро переоделся и уже сделал быстрый шаг к выходу, как вдруг замер. Медленно развернулся к дворецкому и вперил в него тяжелый взгляд.
– Вы что-то хотели, господин? – с готовностью спросил слуга.
– Да, Берт, – медленно протянул мастер пыток и, поправляя воротник, подошел к молодому мужчине. Остановился прямо напротив него и, стиснув зубы, проговорил: – Я бы хотел попросить тебя…
– Все, что угодно, господин.
Грегор поднял взгляд на слугу и понял: тот действительно не лукавил. Преданный дворецкий был готов на все.
Мастер пыток слегка поморщился, словно собирался сделать что-то крайне неприятное для него самого. Хотя на самом деле все было наоборот.
– Это… может быть больно, – нахмурившись, добавил Палач.
Карвиш кивнул, словно иного и не предполагал. От этого Грегору стало еще больше не по себе. Но он все же положил ладонь на лоб мужчины, не сводя с него наливающихся мраком глаз.
Ничего не произошло. Дворецкий так и стоял неподвижно напротив него, словно в ожидании.
– Спасибо, Берт, – опустил руку Грегор, мрачно усмехнувшись одной половиной рта. – Ты можешь быть свободен.
Слуга низко поклонился, ничего не сказав.
Черный палач развернулся, взметнув полы плаща, и вышел на улицу. В этот момент он окончательно осознал то, что знал уже давно.
Есть разница между удовлетворением похоти и страстью к любимой женщине. Страстью, иногда переходящей в одержимость. Когда ты хочешь каждую минуту касаться ее, вдыхать запах, зарываясь носом в волосы, закрывая глаза и погружая пальцы в мягкие пряди. Когда до рычания сквозь плотно сжатые зубы жаждешь срывать поцелуи с приоткрытых губ, ловить влажный язык, в надежде услышать стон из маленького манящего рта. Просто потому что этот горячий, сладкий рот отныне и навсегда – твое безумие. Твоя последняя идея фикс.
Теперь Грегор чувствовал эту разницу кожей. Каждым нервом, болезненно рвущимся без Лилианы Мальтер. Он чувствовал это самой магией…
…которой больше не было.
Я открыла глаза от слепящего света, льющегося отовсюду. Было тепло и мягко, даже почти уютно. Но что-то в самой глубине души, на дне спящего сердца твердило: “Вставай, или будет поздно”.
Оторвала голову от подушки и с изумлением обнаружила себя в просторном, пустом помещении. Несколько застеленных кроватей стояло вдоль стен, но я была здесь совершенно одна. Рядом с постелью обнаружилась тумбочка с какими-то лекарствами. Во всю стену напротив висел герб империи с именем повелителя.
– Императорская лечебница, – прошептала я, едва ворочая сухим языком. – Госпиталь…
Попыталась встать с постели, превозмогая слабость. Казалось, кости вот-вот начнут хрустеть и, превратившись в песок, посыплются на пол.
Скрипнула кровать.
В этот момент мимо раскрытой двери проходила девушка в белом халате и чепчике. Она повернула ко мне голову и тут же охнула.
– Проснулись! Да куда же вы встаете-то?
Подбежала ко мне, заставив опуститься обратно на постель.
– Что я здесь делаю? – спросила я, все еще не до конца соображая.
– Лечитесь, конечно же, – улыбнулась она, проверяя мою температуру и заглядывая под повязки на шее. – Вам еще рановато вставать, сура Мальтер. Раны почти зажили, но магический поток требует наблюдения.
– Раны зажили? – удивилась я. – Сколько же я здесь нахожусь?
Ложиться обратно в постель совершенно не хотелось. Более того, это почти пугало. Я выпрямилась, опершись о подушку, и внимательно посмотрела на женщину.
– Две недели, сура, – раздался ответ.
– Две недели?! – ахнула я. – Но, как же так? Я ничего не помню!
– Вы не приходили в сознание. Еще бы! Такая страшная травма. Этот маньяк же не только кровь вашу пил, но и магию! Кто бы мог подумать, что он на это способен. Но мы на то и императорский госпиталь, что способны всякие раны лечить. Во всем государстве нет ни одной лечебницы, подобной нашей. Вы ведь в курсе, что могли сойти с ума?
– Да, – ответила сухо.
Увы. Никто не знает этого лучше меня. Лучше дочери ансуров, лишенных магии.
– Вот этого мы и боялись больше всего! – продолжала хлопотать медсестра. – Но, хвала Светлой деве, все обошлось. Кажется, вы в полном порядке. Конечно, наш главный лекарь, ашаи Синдариш, еще должен вас осмотреть. Но, я думаю, вам повезло, сура.
Я глубоко вздохнула, вспоминая день, который, казалось, минул только вчера. Сумасшедшие глаза принца, тускнеющие глаза Бэйлора, два потока, схлестнувшихся в битве не на жизнь, а насмерть.
Холодные мурашки пробежали по спине. Я до сих пор не верила, что все закончилось.
Грегор… Интересно, где он сейчас?..
Я перевела взгляд на медсестру, которая без устали продолжала что-то говорить.
– …не знаю, как я смогла бы пережить подобное, – звучал ее звонкий голос. – Проклятый маньяк, и как вам удалось выбраться? До сих пор непонятно. Простите, сура, если я задеваю больную для вас тему. Но это загадка! Почему после всех его жертв Вильерт оставил вас в живых?
Сердце болезненно кольнуло.
