Эта картина как прибитая стояла перед глазами. И еще мои развратные стоны – они будто эхом раздавались в кабинете прямо сейчас! Пытка какая-то. Лишь единожды я решилась и украдкой посмотрела на Романа Давидовича. Он был абсолютно невозмутим. Собран, спокоен, хладнокровен. И казалось, я совершенно его не интересую… Совершенно, будто невидимая тень или мы с ним абсолютные незнакомцы!
– Все! – вдруг довольно объявила Ольга Валерьевна, и я чуть в голос не вздохнула с облегчением. Так была напряжена, что мышцы в теле начало сводить до жжения. – Благодарю, Роман Давидович!
Она поднялась из-за стола и перехватила у меня папку, куда сама вложила последний документ.
– Завтра совет директоров. Подготовьте прогноз по динамики внедрения с расчетом в три-четыре месяца, – велел Радов.
– Поняла, сделаю! Что-то еще?
– Нет. Вы можете идти, – позволил он.
Ольга Валерьевна кивнула и задвинула стул. Я тем временем тихонько направилась к двери, как вдруг услышала:
– Ваша помощница пусть задержится!
Мгновенно застыла, будто получила удар в спину. Растерянно обернувшись, я столкнулась прямо с взглядом Радова, который в прах уничтожил надежды о том, что мне послышалось. Начальница, кажется, тоже на секунду оторопела. Но следом спокойно приблизилась и забрала у меня папки.
– Давай, я сама занесу!
Я проводила ее беспомощным взглядом до самой двери. Затем неловко сцепив руки спереди, уставилась на Радова как загнанная в угол лань.
Звон поднялся в ушах от резко прилива крови. Он всего лишь поднялся из-за стола, а я тут же вся подобралась, будто от испуга. Мужчина заметил это. И в синих глазах скользнул явный холод, прежде чем генеральный зашагал к своему рабочему столу.
– Как ваше самочувствие, Надежда Сергеевна? – поинтересовался он сухим деловым тоном, заняв свое кресло.
– Х-хорошо… – выдохнула несмело. – Спасибо…
Роман Давидович задержал на мне хмурый, сканирующий взгляд и непреклонно велел:
– Подойдите.
Сердце забилось где-то в желудке. Однако прежде чем я поддалась приступу паники, он неспешно выдвинул ящик в столе, из которого достал файл с какими-то бумагами.
Мысленно встряхнув себя, я неуверенно застучала каблуками, ощущая, как тело пробивает мелкая дрожь. Совсем не получалось изображать бесстрастие, беря пример с Радова, и собраться. Да и как это возможно после всего? Тем более сейчас, когда мы остались наедине с ним...
Ладони вспотели. Замерев в паре шагов от стола, я рассеянно отметила, как генеральный сдвинул файл с бумагами к краю – ближе ко мне.
– Здесь список лиц, причастных к умышленному отравлению, случившемуся с вами на презентации, – отчеканил он. – Главный виновный задержан и находится в оперативном отделе. Остальные уволены из компании по статье, без возможности восстановления трудового стажа. Однако вы имеете полное право так же привлечь их к уголовной ответственности. Или использовать в качестве свидетелей, чтобы основной виновный получил должное наказание, которого не добиться без медицинской экспертизы. К сожалению, в этом плане время упущено.
С трудом анализируя услышанную информацию, я задержала напряженный взгляд на бумагах, даже не решаясь взять их в руки.
– Вы не обязаны разбираться с этим прямо сейчас, – заметил Роман Давидович, когда пауза слишком затянулась. – Возьмите бумаги и изучите. Когда будете готовы дать ответ, можете обратиться напрямую ко мне.
Встретившись с синими глазами мужчины, я хрипло, но твердо отозвалась:
– Я уже готова. Готова дать ответ… Роман Давидович, я… просто хочу забыть о том, что случилось! Тех мер, которые вы приняли – их вполне достаточно. Больше я не хочу ни в чем участвовать... И ни с чем разбираться. Пожалуйста.
Я уставилась в сторону и отступила на шаг от стола, будто эти проклятые документы излучали радиацию! Вот бы уничтожить их. Да вообще любое напоминание о том, что случилось!
– Не согласен, что этого достаточно, – сурово отмел Роман Давидович. – Однако я понимаю ваши чувства, поэтому настаивать не стану. Если на то ваше желание, Надежда Сергеевна, тема будет закрыта.
Я кивнула.
– Да. Спасибо!..
– Вы можете идти.
С пренебрежением вернув файл в ящик, генеральный сосредоточил внимание на экране монитора, а я немного оторопела. Застыла как истукан, вместо того, чтобы скорее смыться из этого кабинета.
Значит… это все? Все чего стоили мои страхи, бессонные ночи и переживания?..
Странное, царапающее ощущение застыло внутри, которое я не могла однозначно расценить. Но и задерживаться здесь казалось странным. Поэтому бросив последний взгляд на мужчину, я направилась к двери, однако едва сделала несколько шагов.