Юля усмехнулась, взяла его пустой стакан, в котором оставался только лед, плеснула виски.
– Это тебе, чтобы глупых вопросов не задавал.
– Я же говорю, работа у меня такая.
– Глупая работа.
– Вопросы глупые. А работа умная. Зачем тебе Малахова убивать?
– Это ты у себя спросил? – осведомилась Юля.
– И у себя тоже.
– А спроси у себя, почему я спала как убитая у Даши дома, а потом весь день ходила, как будто меня кто-то усыпил.
– Кто тебя усыпил?
– Дашка, наверное, – ответила Юля.
– Наверное?
– Уезжать она собиралась. Ждала кого-то. Это сейчас я знаю про деньги, а тогда я подумала, что Дашка просто ждет кого-то, кто-то приехать к ней должен. Или за ней.
– Кого-то ждала?
– Может, Эдика, – сказала Юля.
– Каштанов дежурил в эту ночь, не имел возможности приехать к Даше.
– Тогда не знаю. Не могу сказать, с кем она хотела сбежать.
– От кого?
– Не знаю. Но если хорошо подумать… Попробуем сообразить? – Юля подняла свой стакан, предлагая выпить.
– На двоих?
– А почему нет? – Юля залпом выпила, потянулась к Максиму, крепко поцеловала его в губы, быстро отстранилась и сказала: – Я буду тебе рассказывать. А ты слушай, может, и узнаешь что-то важное, – с хитрой улыбкой сказала она.
Максим кивнул, с жадностью выпил и подумал, что неплохо было бы поцеловать Юлю в ответ. Но она опередила его. Это был еще более горячий поцелуй, но такой же короткий.
Похоже было на то, что Юля не торопила события. Может, она на самом деле собиралась рассказать что-то интересное? Что ж, он готов был слушать ее хоть всю ночь напролет.
Сговорились мужики, вчера один провел ночь с падшей женщиной, сегодня другой отличился.
Павлов ничего не говорил, сидел на диване, раскинув руки и нахмурив брови, смотрел на экран выключенного телевизора. Он вроде бы осуждал себя за что-то, но при этом его губы сами по себе растягивались в блаженной улыбке. Парню явно было что вспомнить.
– Вид у тебя сегодня такой, как будто ты девственности лишился, – заявила Люба, пристально посмотрела на него и скрестила руки на груди.
Ей известно было, где пропадал Макс. Груздев спрашивал, Малахов отвечал, она все слышала. Макс ходил допрашивать любовницу Сажина, всю ночь, бедный, трудился. Пришел домой разбитый, с бодуна, спать ложиться собирался. Сегодня же воскресенье. Пусть другие работают, а он устал!
– Девственности? – Макс насмешливо хмыкнул.
Дескать, ее я утратил уже давно, но в чем-то ты, Люба, все же права.
– Девственности. Лишился. С проституткой!
– Все у тебя проститутки! – заявил Макс.
– Особенно это твоя Юля!
Максим закрыл глаза и опустил голову.
– Оставь меня, старушка, я в печали! – пробубнил он.
– Эх ты!.. Кофе будешь?
– А что я, по-твоему, делаю на твоей остановке? Жду самый вкусный кофе в мире.
– А эта чем тебя поила?
– Информацией. Она прежде всего. Но сначала надо было подобрать ключи к этой особе. Я, конечно, смог это сделать.
– Можно и без подробностей! – заявила Люба и поморщилась.
Что-то изменилось в ней, причем до неузнаваемости. Сейчас детективные детали волновали ее куда больше, чем интимные.
– Дело не в подробностях, а в ключах от квартиры. Я все ждал, что Юля расскажет мне что-то по-настоящему интересное на этот счет. Это произошло далеко не сразу. – Павлов улыбнулся своим приятным воспоминаниям.
– Макс, вернись в квартиру!
– Ну да, ключи. Кто-то взял третий экземпляр, – закрывая глаза, устало проговорил он. Это произошло уже после того, как Сажин был усыплен. – Макс широко зевнул в подставленную ладонь. – Уже ночью, когда Юля спала.
– С кем спала?
– Ни с кем, а почему. Спала она потому, что ее тоже усыпили, чтобы забрать ключи. Может, это сделала Ропотова. Или Каштанов. Он, кстати, заскакивал домой с дежурства.
– Вот как?
– Да, с заскоками мужик, – сказал Макс. – Все вчерашний день ищет.
– Зачем у Юли забрали ключи? – От умственного перенапряжения у Любы голова гудела как трансформаторная подстанция.
Она старалась удержать нить разговора, но мысли не хотели слушаться, постоянно перескакивали с одного на другое. Особенно ее возмущала Юля. Малахов – мужик взрослый, состоявшийся, а Макс еще только-только оперился. Как пить дать охмурит его эта шалава, оженит на себе.
– Ключи забрали, чтобы в квартиру к Сажину проникнуть и усыпить его. – Макс поднял руку, но ладонь находилась еще только на полпути ко рту, когда он зевнул. – Стреляли уже позже. У этих ребят было много времени. Они могли квартиру обыскать, ключи найти. Сначала вернули их, потом нашли.
– Так вернули или нашли?
– Одни вернули, а другие нашли. Юлю будить не стали, чтобы она не мешала им Малахова убивать. – Павлов стремительно засыпал.
Люба тронула его за плечо и спросила:
– А усыпить Юлю могла Ропотова?
Макс не реагировал на это, вроде бы уже заснул.
Люба собиралась повторить вопрос, но он вдруг открыл глаза, недовольно глянул на нее и пробубнил:
– Что такое?
– Кофе, спрашиваю, будешь?
– Да, – ответил он, закрыл глаза, блаженно улыбнулся и снова заснул.
Зато появился Юра. В форме, красивый, подтянутый и, главное, свежий, румяный. Любе нравилось гордиться своим мужем, хотя и не всегда получалось.
– А где Малахов? – спросил он.
