Страсть. Ненависть. Любовь (ЛП) полностью

По приезду Киллиан попросил у администратора самый уединенный имеющийся столик. Хотя я знал: это было ради того, чтобы Килла весь вечер не преследовали поклонники, части меня нравилось думать, что настоящая причина в желании Киллиана в уединении со мной без прерываний со стороны.

Киллиан не сводил с меня глаз, а затем зацепил мои ноги своими под столом и кивнул.

— Идеально.

Господи боже. Его полная на мне сосредоточенность? Его внимание, направленное только в мою сторону? Черт, это заводило неимоверно. Я прекрасно знал: стоит лишь уступить Киллиану — и оставить за собой последнее слово будет невозможно, но никак не ожидал, что это произойдет через пять минут после начала ужина.

Словно в ту секунду, когда мы сошли с лодки и наше морское приключение осталось позади, Киллиан из смущенного морского капитана снова превратился в очаровательную уверенную рок-звезду, перед которой почти невозможно устоять.

Администратор спешно отправилась искать нам официанта, а Киллиан наклонился вперед и положил руки на стол. Его лицо загорело после нашего… долгого дня в заливе, густые волосы были зачесаны назад, а свет мерцающей свечи на столе только подчеркивал его поразительные черты. Он никогда не выглядел более привлекательным.

— О чем думаешь? — медовый голос Киллиана, обволакивая, плыл по воздуху.

— Почему ты так уверен, что я о чем-то думаю?

Киллиан понимающе ухмыльнулся.

— У тебя такой взгляд…

— Что за взгляд?

— Хмм, — Киллиан поджал губы и провел по ним пальцем. И если его целью было привлечь мое внимание, то он явно преуспел. — Я все еще решаю, но это что-то… горячее.

Он не ошибся. Он был горячим. Но решив немного с ним поиграть, теперь, когда у меня появилась такая возможность, я спросил:

— Уверен, что говоришь не о своих мыслях?

Киллиан тихо рассмеялся и откинулся на спинку стула. Я ощущал на себе его сексуальный взгляд.

— Думал, это и так ясно. Я не делал секрета из того, что хочу тебя.

— Нет, — сказал я, потянувшись за меню. — Не делал.

Пока я листал меню и с героическим усилием пытался прочитать напечатанное, Киллиан не сводил с меня глаз.

— Ну-у-у? Так, о чем ты думаешь?

Я взглянул поверх ламинированного листа и, любуясь щетиной на волевом подбородке Килла, наконец, дал ему желаемое — честный ответ.

— Я думаю обо всем, что сделал бы с тобой… если бы смог.

У Киллиана отвисла челюсть — он явно не ожидал такого ответа — но он быстро сориентировался.

— Например?

Вопрос прозвучал хрипло, и мой член дернулся. До сих пор я либо отбивался от Киллиана, либо боролся с собственными реакциями. Но даже, наконец, разрешив себе наслаждаться сегодняшним вечером и мужчиной напротив, я не собирался открывать все карты… пока.

— Если думаешь, что я выдам все секреты до того, как мы поедим, то ты меня совсем не знаешь. О, погоди-ка, ты ведь меня совсем и не знаешь, верно? Ты даже не знал, что у меня есть…

— Знаю-знаю, близнец. Ты когда-нибудь позволишь мне это забыть?

Я победно улыбнулся.

— Просто отмечаю некоторые важные факты.

— Вполне справедливо. — Киллиан взял меню и откинулся на спинку стула, а я с трудом сдерживал ухмылку.

Киллиан, нахмурившись, уставился в меню, но не прошло и секунды, как он положил его обратно на стол и спросил:

— Ладно, тогда что еще я о тебе не знаю?

И вот тут я проиграл битву. Я знал, что на моем лице теперь написано только одно — самодовольство. Один из величайших рок-звезд на планете смотрел на меня так, словно ждал, что я поделюсь с ним государственными секретами, и такое внимание опьяняло.

Киллиан был опьяняющим.

— Все хорошее, — ответил я. — И под этим я подразумеваю очень плохие вещи, о которых мне не следует говорить на работе или… с клиентом.

Глаза Киллиана потемнели, и как раз в момент, когда он собирался ответить, к столику подошел официант.

— Добрый вечер. Меня зовут Дэвид, и сегодня я буду вашим официантом. Вы готовы сделать заказ?

Когда Киллиан покачал головой, я посмотрел на Дэвида и улыбнулся.

— Извините, еще нет. Не могли бы вы дать нам несколько минут?

— Конечно, позовите меня, когда будете готовы.

— Хорошо, — ответил я.

После ухода официанта я снова посмотрел на Киллиана, и дыхание перехватило.

Он наклонился ко мне через стол, и досада, испытываемая минуту назад, сменилась искрящейся энергией. Своими голубыми глазами он изучал мое лицо, и когда, наконец, наши взгляды встретились, мое сердце дрогнуло.

— Давай кое-что проясним, — произнес Киллиан хриплым голосом, от которого боль у меня в паху ни на грамм не уменьшилась, — насколько твое «плохо» плохо? Видишь ли, у меня очень живое воображение, и, если ты не пояснишь, кто знает, куда направятся мои мысли.

О, у меня было довольно хорошее представление о том, куда направятся его мысли, и именно это являлось проблемой. Рядом с Киллианом я терял концентрацию. Ну, концентрацию на работе, во всяком случае. И по этой причине вовлекаться в «плохо» было ужасной идеей. Супергорячей, которая наверняка удовлетворит нас обоих много раз, но все равно ужасной.

Мои правила существовали не просто так, и сейчас пришло время об этом вспомнить.

Я пожал плечами.