Дворецкий с почтением и должным уважением пояснил, что они наверху, разбирают вещи.
Поблагодарил мужчину и уверенно быстрым шагом отправился наверх.
— Хозяин, — крикнул дворецкий. — Позвольте, проводить вас.
— Нет, — словно ножом, отрезал я. — Не надо.
Спешным шагом поднялся и уже в коридоре услышал голосок своей девочки, которая возмущалась приездом в мою страну.
Доброжелательность, воодушевлённость быстро улетучились.
— Вот видь, даже дверь не закрыли, — подумал, а потом судорожно осознал, что малышка сказала, что-то об отъезде и волна злобы охватила меня.
Быстро взял в себя в руки, тихо вошёл в комнату и как можно спокойнее произнёс, что уже поздно уезжать.
Её мать быстро подскочила ко мне пытаясь, как можно быть более дружелюбной, но быстро поняла, что все попытки безуспешны и лучшее, что она может сделать, это бесшумно покинуть комнату.
— Ну, хоть в чём-то есть от неё польза, — подумал. — Вовремя ушла.
Девочка с вызовом смотрела на меня. Она пыталась говорить уверенно, при этом её голос звучал с надрывом. Марина постоянно облизывала губы, ощущалось её волнение, которое не поддавалось контролю.
Подошёл ближе и ощутил её запах, желание охватило меня с ног до головы. Жадно и страстно смотрел в её глаза, задавал вопросы, но не слышал ответов, был очарован Мариной и мне плевать, что она говорит, главное, её губки робко двигаются, щёки горят, глаза распахнуты и внимательно смотрят на меня, даря свет и тепло.
— Господин Арман, — простонала она, — мне больно. Отпустите, пожалуйста.
— Что? не понял? — неуверенно переспросил, когда очнулся, словно от дурмана.
Реально девочка, ведьма. Лесная нимфа, которая приворожила меня. Очаровала и околдовала сердце, затуманила и отравила разум, усыпила бдительность и покорила гордость.
Непроизвольно опустил глаза и увидел, что сжимаю её подбородок. Мои пальцы так сильно и крепко сомкнули её кожу, что она покраснела, и на ней остались красные отпечатки пальцев.
— Извини, задумался, — спешно протараторил.
Прикоснулся ладонью к её миловидному личику и бережно провёл рукой по красным следам на её коже.
– Чёрт,– выругался я и мысленно пожурил себя за несдержанность.– С таким темпераментом и напором ты изувечишь невинную девушку.
— Так, о чём мы с тобой говорили? — отстранённо, весьма, холодно спросил.
Марина удивлённо посмотрела на меня и возмущённо произнесла, — я не хочу быть не благодарной, – повторила она, – но мне не очень привычно, быть в такой обстановке. Я простая девушка, моя жизнь тихая и скромная, а сейчас всё изменилось. Мне не привычно, — жалобно простонала Марина.
Её глазки стыдливо опустились, брови нахмурились, а щёчки ещё сильнее раскраснелись. Видно было, что волнение Марины усиливается. Она лихорадочно сжимала и разжимала пальцы рук.
Обычная девушка, а мужская плоть реагирует, весьма креативно. Ни одна кукла не вызывала во мне такое желание. Не пробуждала безрассудную страсть, забывая о здравом смысле.
— Послушай, Марина, сегодня твой день рождения, — усмирив плотские желания, спокойно проговорил. — Давай отметим его, а после обсудим все вопросы, касающиеся твоей жизни.
Марина непонимающе и требовательно, с неприкрытым укором, посмотрела на меня и немного подумав, спросила, — о чём нам с вами говорить? При чём здесь мой день рождения? – недоверчиво спросила она. — Да, отметим праздник вместе с родителями в этой прекрасной стране, — с трепетом и детским восхищением, произнесла девочка. — И мы уедим.
Меня перекосило от её твёрдого утверждения.
Грозно посмотрел на неё.
Неужели она так наивна. Думает, что её так просто отпущу. У меня от одного вида крышу сносит, в голове эротические картинки одна за другой появляются с её участием. Инстинктивно плоть начинает пульсировать и принимает боевую стойку.
Выдыхаю. Делаю круговые движения головой, затем произношу, — до вечера, Марина.
Вложив в свой голос нотки нежной сексуальности,Быстро покинул комнату, так и не дождавшись ответа от Марины.
Тяжело было находиться около объекта своего желания и не иметь возможности прикоснуться к ней.
– Скоро. Очень скоро, – успокаивал себя, – эта девочка будет твоей.
– Господин Арман, – услышал женский голос и резко развернулся, осознав, что он принадлежит моей будущей тёще.
– Слушаю вас, Ксения Андреевна,– вежливо обратился я.