Недовольно и громко выдыхаю. Делаю усилие над собой и произношу, — Арман, ты можешь пояснить мне, почему так поспешно уехали мои родители? — плавно отступаю, тем самым разрываю ненавистный мне контакт.
— Нет, Марина, так не пойдёт. Давай присядем, — произносит мужчина.
Арман подходит к креслу и жестом указывает мне, чтобы присела на его колени.
Отчаянно мотаю головой.
Арман улыбается и показательно разводит руками, — ну на нет и ответов нет.
— Хорошо. Хорошо, — быстро произношу я и уже собираюсь подойти, как он внезапно командует, – стоять, теперь ползи.
Непонимающий взгляд, полный ненависти, направляю на мужчину.
— На колени, девочка и, медленно покачивая своей аппетитной попой, ползи ко мне. Поиграем во взрослые игры.
Пошло, вульгарно звучат слова мужчины.
— И подумай, прежде чем отказываться. Дальше меры будут только жёстче, — холодно, цинично, властно и безапелляционно говорит мужчина.
Медленно опустилась на колени и, не поднимая голову, поползла к принцу.
— Подними свои глазки на меня,– скомандовал Арман.
Подчинилась и встретилась с ним взглядом. Медленно приблизилась к его широко раздвинутым ногам.
— Давай, малышка, — взял мою руку, приложил её к своему мужскому естеству. Сквозь штаны ощутила огромный орган, краска залила моё лицо.
— Арман, пожалуйста, — сквозь слёзы проговорила я. — Не надо.
Но мужчина, как будто не слышал моих просьб, он продолжал удерживать мою руку рядом со своим воинственно настроенный половым органом.
– Расстегни штаны. Не бойся. Расстегни штаны и потрогай меня, – и грозно прорычал, — выполняй мышка, помни про родителей.
Подчинилась, мысленно принимая неизбежность. Главное — спасти себя и родителей, а насилие можно пережить, всё проходит и забывается. И боль… И унижение…Собираю жизненные силы и волю в единое целое, внутренне приказываю себе, – будь сильной. Не смей плакать. Он не должен видеть твой страх.
Дрожащими руками расстёгиваю штаны под его пристальным взглядом.
Вижу, что его желание нарастает. Мои действия его возбуждают, меня же это всё пугает. Стараясь не выдать свой страх, придаю голосу спокойствия, – что дальше? Снять трусы? – не дожидаясь ответа, дрожащими руками сдёргиваю их и освобождаю половой орган.
Мужская плоть имеет внушительные размеры, — констатирую факт, но молча, как и было велено, провожу рукой по набухшему органу.
— Да, девочка, — хрипит мучитель,- теперь двумя руками.
Стыдно. Страшно. Противно. Мерзко….
Всё делаю как безвольная кукла.
— Теперь мышка, — запрокидывая голову назад,— возьми его в ротик. – Давай, тебе понравится. Представь, что это леденец. Ты же любишь сладкие конфетки? — с ухмылкой на лице хрипит мужчина.
Первое моё желание, это как следует врезать ему по яйцам. Второе, ноги в руки и бежать.
Арман как будто прочитал мои мысли, — одним быстрым движением схватил за волосы и прижал лицом к огненно красной плоти.
— Выполняй приказ, — властно сказал он, — давай соси, Марина.
Слёзы скатывались, не могла их контролировать.
Подчинилась.
Обхватила половой орган и начала медленно погружать его в рот.
— Да, малышка. Для начала неплохо, – невнятно бормотал мужчина, — я тебя научу, как ублажать своего мужчину. Давай глубже. Дыши носом, — командовал он.
Непроизвольно дёрнулась, но мужчина рукой надавливал мне на шею. Стальная хватка не позволяла отстроиться.
Довела его до оргазма, семенистая солёная жидкость заполнила мой истерзанный рот.
— Нет, Марина, — командовал он, – глотай. И приготовься, скоро моё семя заполнит твоё соблазнительное и такое страстное тело, – слова прозвучали как приговор.
Послушно и безмолвно глотаю.
Арман аккуратно вытирает остатки белого вещества с моих уст, размазывая некоторые крохи по губам.
— Марина, — принц, лихо усаживает меня на колени, как наездницу, широко разводя мои ноги, хрипит, — без белья. Всегда встречай меня без трусиков. Ты должна быть готова принять меня по моему первому желанию. Ну что у нас между ножек? Мокро, — стонет мужчина мне в губы.
Его руки проникаю под халат, щупают женскую плоть.
— Сука, — громко кричит он,– ты что фригидная?! Полностью сухая.
Его прикосновения не вызывают во мне никаких сексуальных чувств, наоборот, меня переполняет обида и страх. Боюсь прикосновений Армана, презрительно отношусь к мужчине. Со страхом представляю, как будут сливаться наши тела.