Мемуары, которые так понравились “Фигаро”, относятся ко второму сроку правления. Начаты с 1996 года. А что с Ельциным в тот период случилось, и отчего он “прятался в шкаф”, вернее, что прятал в сейф, о том многие газеты писали, особенно швейцарские и итальянские. Но дело не в конто[38], говоря бухгалтерским языком, или как в опере Гуно “Фауст”: “Люди гибнут за металл! Сатана там правит бал”. Друг бывшего президента Ельцина бывший канцлер Гельмут Коль тоже за металл морально погиб. Правда, он так не считает и уверен в своей правоте. Он ставит свое честное слово выше закона, отказываясь назвать богатых жертвователей денег. Себя же он считает главным объединителем Бундесреспублик, то есть Германии. Я думаю, не без оснований, ибо он это объединение, по сути, купил. И он, косвенно, сам это подтвердил. В том самом интервью АРД, первой программе немецкого телевидения, зашел разговор о Ельцине и, конечно же, о Чечне. “Да, конечно, Чечня и прочее, - сказал Коль, - Но, в целом, Ельцин большой друг немецкого народа. Если бы не Ельцин, большой друг Германии, то российские войска могли бы находиться в Германии до 1998 года, а может, еще дольше, что мешало бы объединять Германию. Горбачев подписал, а Ельцин осуществил.” Что Горбачев подписал, и как Ельцин осуществил, это другое дело. На мой взгляд, на условиях, противоречащих интересам своей страны, России. Ну, с Горбачевым поступили деликатно, создали фонд. А Ельцину, судя по сообщениям швейцарских и итальянских газет, просто дали, а он взял. Как говорится по-простонародному, “барашка в бумажке”. Неудивительно, почему Коль молчит, отдавши деньги. Ведь тогда бы пришлось сказать, кто деньги взял. Но он об этом почти сказал, сообщив о способствовавшем объединению немецкого отечества Ельцине. Так, медам и месье из “Фигаро”, обстоит дело с демократическими реформами. Что же касается Ельцина - плюралиста, Ельцина - блюстителя свободы слова, то тут действительно существует своеобразие. Среди экономических советников и личных финансовых маклеров были либералы, даже либеральствующие евреи определенного, конечно, сорта. Но блюсти свободу слова, т.е. министром печати и информации, Ельцин назначил Бориса Миронова. “У нас, русских, выбора нет. Или мы изгоним жидов со своей земли, избавимся от этой смертельной напасти, или они нас забьют.” Это Борис Миронов, министр печати и информации. Это министр Российской Федерации, истинный министр, не самозванец и назначен был Ельциным. По глупости ли назначен, спьяна ли? Да ведь и в прошлом были некие общения с черносотенной “Памятью”. Кстати, “Изгоним жидов со своей земли” это чем-то напоминает арабский лозунг освобождения Палестины, а несколько отдаленно пророчества Атали в еженедельнике “Экспресс” о неизбежной гибели еврейского государства и в случае войны, и в случае мира. Уверен, так понимает итог мирного процесса в Осло и сам Арафат, любимый Шираком. К 5-ой годовщине смерти Рабина собрались израильские миролюбцы почтить память основателя мирного процесса. Не было Леи Рабин, сказавшей накануне, как бы Рабин вертелся в гробу, видя дела своего продолжателя Барака. Продолжатель же дел Рабина Барак на митинге так и заявил: “Мы готовы идти далеко! То есть, отдать все, что можно отдать”. Это значит, что Барак так и не понял трагического урока Рабина. Неужели, чтоб понять обман Осло, надо очутиться в гробу? Здесь, в Тель Авиве, собрались тысячи израильтян, стремящихся к миру. Можно ли увидеть тысячи арабов Газы, стремящихся к миру, как заявил Барак? Из правильного анализа Барак делает неправильный вывод. Как же будут стремиться к миру с еврейским государством те, кто уже Тель Авив, не говоря о Иерусалиме, переименовали на арабский лад? Почитайте арабские школьные учебники, по которым учатся эти детки, которые бросают камни и бутылки, или откровения Атали в парижском еженедельнике “Экспресс” или хотя бы частные мнения крайне левых наподобие господина эрудита, который, конечно же, собрался вместе с семьей сюда почтить память Рабина, зачинателя мирного процесса. Национал-исламисты удовлетворятся только таким “ближневосточным миром”, который соответствует представлениям Атали из “Экспресса” или мазохиствующим теориям израильских интеллектуалов-эрудитов. Посмотрите на Арафата, послушайте его, того Арафата, с которым Рабин и Перес разделили сомнительную премию. Некоторые умники, хохемэны[39], говорят: “Арафата надо беречь. Вместо него придет худший.” Ах, хохемэны, худший ли, лучший ли, таких террористов, таких врагов, желающих смерти еврейскому государству, хоть отбавляй. Однако, у них нет того “международного” авторитета, который имеет Арафат к 70-летию. А активная поддержка разнообразных сил? Прежде всего поддержка оголтелой злобной империи зла, но также и западных демократов, трусливо-аморально борющихся за мир, которых особенно ярко демонстрирует Франция. А также, конечно, и Рабин с Пересом создали авторитет этому террористу. Этого авторитета новому террористу добиться не удастся, даже если Ширак будет ходить на бровях. Не те времена. Не мир нужен Израилю, а перемирие, то есть меч, который охраняет жизнь. Перемирие на десятилетие, а, может быть, и на столетие. Не раз в истории мир устанавливался в течение многих поколений. Пример, отношения Германии и Франции. А господин Барак хочет по Пересу-Рабину: быстро, быстро и приехали - мир! Не мир нужен Израилю, но меч, как сказал один из наших с вами предков из Назарета. Этот разумный совет они отвергли, но при этом превратно понимают другой совет - подставлять вторую щеку. Пусть француз подставляет вторую щеку немцу, ибо между ними после многих столетий борьбы все-таки установился некий мир. Когда после борьбы в течение десятилетий или столетий установится мир между евреями и арабами, если он установится, тогда подставляйте вторую щеку, кому это нравится. Однако, слава Богу, израильтяне пока еще арабам вторую щеку не подставляют, хотя этого от них требуют с проклятиями международная демократическая печать и прочие средства информации. Удивляюсь, почему до сих пор не использовали “Фигаро” или другие газеты ельцинского министра печати и информации Бориса Миронова, правда, ныне он экс-министр. Только для приличия слово “жид” заменить словом “сионист”, как это делали коллеги из “Правды” и “Советской России”. И генералы к Вашим услугам: Макашов, Дубров, Титов, Бревнов. Конечно, все это генералы не из армии маршала Жукова, а из армии маршала Брежнева. “С нашего молчаливого согласия сионистские стервятники растерзали страну”, - говорит Дубров, генерал-лейтенант. Это про Россию, но, может быть, и про Палестину? И про Францию тоже, ибо сионисты, то есть евреи, своим существованием во Франции раздражают арабов, могут навлечь гнев на французов. Так иные во Франции размышляют. А об обвинениях в антисемитизме не беспокойтесь. Тот же генерал Дубров, к вашим услугам, пишет: “Сегодня на земном шаре 85 процентов восточных евреев, так называемых ашкенази (ашкенази, кстати, западные евреи, а восточные это сефарды, но это уж научные мелочи) из хазарского племени тюркско-монгольского происхождения, следовательно, семитских кровей у них нет. Истинные семиты - арабы. Русские люди никогда не были врагами угнетенных арабов Палестины, истинных семитов, которых евреи в 1948 году согнали со своих земель и образовали сионистское государство Израиль. Поразмыслите неуважаемые господа, кто из нас антисемит?” Я бы все-таки, учитывая общее направление французской печати и информации, такими авторами, как бывший ельцинский министр печати и информации Миронов или генерал-лейтенант Дубров, не пренебрегал. Атали, известный своими сенсационными ближневосточными идеями, мог бы вполне воспользоваться материалом. Да только ли французская печать может воспользоваться? У французов своя специфика в отношениях с арабами, и потому французы - давние законодатели моды, также и колоборационалисты. Но послушайте БиБиСи, обзоры английской печати, или “Немецкую волну”, обзоры немецкой печати, а также швейцарской и швабской. Как говорится, а точнее поется: “Наша песня хороша! Начинай сначала!” “Весь мир видит вооруженных до зубов израильтян, израильские танки и вертолеты. Кто виноват в гибели палестинских детей?”, - это обозреватель БиБиСи. Верит ли в то, что говорит? Если верит, тем хуже. Даже левый Бен Шломо, неутвержденный министр иностранных дел при Бараке, возражает: “Днем они бросают камни на глазах у тележурналистов, а ночью боевики берутся за автоматы, пулеметы и гранатометы”. Добавлю, кто виноват? Вы, свободные независимые журналисты, может быть, более, чем Арафат, виноваты. Вы, с вашими нечестными фотокамерами, с вашими фальшивыми телекамерами, с вашими лживыми перьями. Вы, как мухи, разносчики моральной заразы. Скажете, я пристрастен? Да, я пристрастен. А кто в этом мире нейтрален? Кто не с нами, тот против нас. Так Ленин Христа перефразировал. Иисус же сказал: “Кто не против нас, тот за нас”. Вы, так называемые европейские демократы с вашими органами информации, все против нас, и нет среди вас нейтральных. Вот так и “Тагес Анцайгер” швейцарская, из нейтральной страны: “Израиль это вооруженный до зубов Голиаф против вооруженных пращами палестинцев, стремящихся свергнуть своих поработителей”. Так примерно блеют нейтральные швейцарские овцы, нагловато извращая библейскую историю о Давиде и Голиафе. Им еще стоит объявить царя Давида палестинцем, как Арафат объявил палестинцем Иисуса Христа. Так мирно блеют нейтральные швейцарские овцы днем, а ночью снимают свои шкуры, становятся серыми. В свое время некие швейцарские швабы, бравшие у меня интервью для другой швейцарской газеты “Ноецюрхер Цайтунг” (я не думаю, что в ближневосточном вопросе так же хотя бы нейтральны), сказали мне, что если бы Гитлер совершил аншлюс Швейцарии, как он совершил аншлюс Австрии, то среди нейтральных швейцарцев объявилось бы столько добровольцев эсесовцев, что это могло бы даже превысить количество австрийских добровольцев. Очевидно они хорошо знают своих соотечественников, и блеяние нейтрального “Тагес Анцайгер” тому лишнее подтверждение. Гитлер, как известно, не совершил аншлюс Швейцарии потому, что ему нужны были швейцарские банки для отмывания крови с еврейского золота и валюты. Границы же так называемой Швейцарии были для спасающихся от гитлеризма евреев заперты. Так же как заперты границы швейцарской печати ныне хотя бы для нейтральной информации. Те же темы, те же песни о погибающих палестинских детях. Уже и умерщвленные евреями палестинские младенцы явились. Снимки в газетах палестинского младенца, который умер от слезоточивого газа. Камни этот младенец бросать еще не может, пращу в руки не взял, тем не менее умер от газа, пришедшего к нему в домашнюю колыбель. Об этих погубленных евреями детках демократическая свободная печать проповедует с та кой настойчивостью, что невольно вспоминается старый кровавый навет о погублении христианских деток и младенцев. В данном варианте, в основном, исламских деток и младенцев. Вспоминается история в Косово, где исламских младенцев губили сербы. Комиссия европейских демократов во главе с неким английским краснолицым лордом, явным любителем виски, раскопала могилы, в которых среди трупов находились детки и младенцы. Это, кстати, послужило поводом к натовским бомбардировкам Югославии. Спустя некоторое время комиссия нейтральных финских врачей, демократами же приглашенная, установила подлог, то есть, что дети и младенцы были подложены среди трупов террористов и умерли дети собственной смертью, если не были убиты самими террористами. Свободная печать об этом не сообщила, может, где-то промелькнуло. Вот таков весь ваш европейский мир. Давно уж говорилось о закате Европы. Может быть, спасаясь от собственного аморализма, Старый свет (Европа) открыл Новый свет (Америку). Еще Герцен, испуганный аморализмом Европы, надеялся на Америку. “Я был удивлен, огорчен, я был испуган потому что затем ничего не оставалось, как сесть в гавани на корабль и плыть в Нью-Йорк, в Техас”. Конечно, время показало, что надежды спастись от европейского аморализма в Америке полностью не оправдались. Европейцы привезли аморализм, с собой как мышей и мух. И все-таки, при наличии такой Европы и за неимением другой Америки приходится удовлетворяться этой. Американское государство остается государством, то есть дипломатический прагматизм весьма часто аморально берет верх над справедливостью и даже над стратегическим разумом. Всякая администрация прежде всего живет сегодняшним днем, днем текущего момента, в котором тактика берет верх над стратегией. И где время укладывается точно в четыре года президентского правления, за которые следует решить накопившиеся веками проблемы. К тому же, президент это человек, и ничто человеческое, в том числе и пристрастия, ему не чуждо. На мой взгляд, последний президент, который должен был уравновесить происходящую европейскую оголтелость, того не делал. Наоборот, опираясь на относительное внутриамериканское благополучие, не им созданное, но благодаря этому благополучию получив популярность у массового американского человека, ставящего во главу угла свои сиюминутные потребности, Клинтон пустился во внешние политические авантюры на Балканах, которые еще долго придется расхлебывать, и на Ближнем Востоке, где он поддерживал не Израиль, а левый Израиль. Он неприязненно, а то и грубо относился к Натаниягу, как будто это его подчиненный, и всячески поощрял левых проводить свою политику, основанную на социальных утопиях, особенно опасных в отношениях с арабским миром, менталитет которого таков, что чем более им даешь, тем более они требуют. В то же время он всячески ублажал Арафата в его наглых требованиях и подлых замыслах, имеющих конечной целью уничтожение Израиля. Уже сейчас на пороге, когда Клинтону пора уже и честь знать, шляпу сдать, он продолжает предъявлять требования Израилю, а не арабам, обвиняя в происходящем насилии Израиль, а не арабов. Поэтому хорошо, что Клинтон уходит. По-моему, во многом, что сейчас происходит с Израилем и вокруг Израиля, вина Клинтона. Его авантюристические организованные миролюбивые встречи, на которых от Израиля требовались односторонние уступки, принесли большую беду Израилю. Нет, Клинтон, конечно, не антисемит, но как бывают почетные академики, Клинтона можно назвать почетным евреем леволиберального толка. Вред от них бывает хуже, чем от прямых врагов. Однако все-таки президент, администрация, Белый дом это в большей степени государство чем народ. Народ - это Конгресс. 333 конгрессмена, демократы и республиканцы, поддержали Израиль, солидаризируясь с еврейским народом. Только 30 конгрессменов против. Уже не весь мир, как утверждают джентльмены из БиБиСи. Даже во Франции, в Париже, этой цитадели проарабизма и коллаборационизма, 15 процентов все-таки поддержали Израиль и евреев. Конечно, Эмиля Золя в сегодняшней Франции нет. Конечно, 15 процентов это мало. Но следует помнить, что Содом и Гоморра погибли не потому, что там было много грешников, а потому что там не нашлось ни одного праведника. Да, Господь милостив, но и у господней милости есть свои пределы. Герцен книгу своих статей из Европы, пред назначенную для России, озаглавил “С другого берега”. Статье “Перед грозой” он дал подзаголовок “Разговор на палубе”. Видно, разочарованный демократической Европой, он не знал, к какому берегу пристать и отправился в Америку. В конце концов, как известно, он пристал к английскому берегу, где основал журнал “Колокол”, который звонил возвещая: “Мир, в котором мы живем, то есть те формы, в которых проявляется жизнь, умирает. Никакие лекарства не действуют более на обветшавшее тело его. Чтобы вырастить наследников, надо его похоронить, а люди хотят непременно его вылечить, задерживая смерть”. Это было возвещено “Колоколом” 150 лет назад. Это чувство надвигающейся смерти нынешний мир, давно по сути возвратившийся к язычеству, хочет остановить жертвоприношением, и жертвой он избрал, как обычно, евреев, но не просто евреев, а еврейское государство, возникшее на костях тех, о ком Гитлер сказал: “Как бы ни кончилась война, в Европе не останется ни одного еврея”. Однако, судя по нетрезвым высказываниям Атали в парижском еженедельнике “Экспресс” и иных демократических газет, евреев не будет также и в Палестине. Еврейские наименования останутся только в Библии и в некоторых лирических стихах, например, Ивана Алексеевича Бунина: ”Луна зашла. Поет петух в Рамле. И мягки сини горы Иудеи свой зыбкий кряж означили во мгле”. Как по арабски именуются теперь горы Иудеи? Как именуется город царя Давида Бет Лехем? Дом хлеба, который в обмен на камни отдал Рабин, ворочающийся в гробу, и Перес, министр без кресла в правительстве Барака, ерзающий на своем шатком кресле.
