— Вот и прекрасно! Девочки, помните разницу в написании современных эгнорских рун в каждой стихии? Для земли это монументальность, угловатость, четкие углы. Вспомнили? А теперь…
Я начал писать скандинавские руны именно так. Когда закончил — глаза Жени округлились
— Я чувствую… — прошептала она.
— Руна-ключ будет такая, — нарисовал прямой угол, — пойдет?
— Чувствую, — согласилась она.
— Испытаем? — спросил я. она кивнула, — эту формулу сразу залью маной, — сказано-сделано.
Линейная формула мгновенно превратилась в симпатичный маленький узорчик отдаленно напоминающий схематичное изображение атома с орбитами электронов. Руна-ключ висела чуть в стороне и превратилась в булавку, игла которой упиралась в центр узора, а головка висела над плоскостью и имела вид маленькой сферы. Все было желтого цвета.
— Так, Женя, пусть висит здесь, а я выйду из астрала, найду крошку графита и кину тебе мысленный посыл. Я пошел.
Тут же взял крупиночку на палец и… он просто исчез.
— Был импульс бета — излучения, чуть позже гамма, — сразу доложила Крася.
— Сомневаюсь, но газ появлялся, — Голуба.
— Расхода маны не заметила, — заключила Женя, — учету не поддается.
Взял на палец крошку миллиметра два. Сам представил формулу с ключом, сам активировал, направил на крошку и… лицом почувствовал едва заметный ветерок.
— Излучение было… возможен радиационный ожог на пальце, если бы не твой организм, — сказала Крася, — газ был радиоактивным, но быстро исчез, перешел во что-то стабильное, не поняла во что.
— Азота, без сомнения это азот, в молярном исчислении было столько же, сколько графита, — доклад Голубы.
— Маны израсходовалось… трудно сказать, меньше первого уровня, единиц триста-шестьсот. Такие маленькие величины сам понимаешь. Первый уровень — тысяча единиц, — закончила Женя, — поэтому след от плетения был ну очень бледным, практически незаметным. Азот превратился в непонятно что. Не могу разобраться, даже странно.
Душа пела от восторга! Я только что, сам… А кто говорил, что моя так называемая «абсолютная энергия» не имеет отношения к магии? Еще как имеет, надо просто уметь её готовить!
— А ты не подумал, что рядом три тонны графита и они в твоей ауре, — охладила пыл Фиона, совершенно не обратив внимания на завуалированную критику в её адрес.
Попыталась охладить. С энергией замнем для ясности, оставим на будущее, а про заклинание я знаю, что в проге было четкое ограничение числа циклов. Это она так. Если бы действительно было опасно, давно бы предупредила.
Захотелось отметить это дело. Сколько времени? Через пятнадцать минут обед. А число… ого десятый день здесь загораю, а даже не заметил. Осталось… завтра выхожу, ура!!! И со своими рунами!!! Их еще мало и заклинание всего одно, но главное — начало положено!
— Ура!!! — заорал во весь голос.
Надо Фариду вина заказать. Одно плохо — поделиться радостью не с кем.
Глубокий бункер, метров двадцать под основным подвалом. Вентиляция, электричество и даже сантехника. Мне, рядом с кубом, провели воду с раковиной и унитаз поставили. Громкая связь… не уточнял, но есть старый проводной телефонный аппарат без диска.
— Передайте Фариду, пусть принесет бутылку вина! Любого, хоть портвейна! — на другом конце трубки, как обычно, не ответили. Ох уж эта секретность!
Микрофон камеры и динамики точно есть, Крася проверила, но сидит ли дежурный — вопрос. Скорее сидит, чем не сидит. Каламбур, то же можно сказать и обо мне.
Вина Фарид принес.
— Что решил отметить.
— Скорый выход. Завтра часа в два дня. Оценил силищу?
— Да-а, впечатляет. Наверху ждут — не дождутся.
— Ну, недолго осталось. Выпьешь?
— Давай, — согласился он. Посидел недолго, заторопился и ушел.
После вина мое настроение поднялось совсем до небес. Я пел фальшивым голосом, приплясывал, не отходя от куба. Операторы, небось, ржали от души. И пусть. Все должны радоваться, сегодня день рождения Земной Магии!
Утром, после завтрака вежливо прокряхтела Крася.
— Вчера я с твоим компом соединилась, руны по инету искала, а сегодня продолжила поиски о других рунах…
— Похвально, — перебил я её.
— Такое дело, — продолжила она, — кучу текстов и роликов нашла о серых. Посмотри выжимки, странно все это.
— Включай, любопытно, — перед внутренним взором развернулась картинка.
