— Ты поразительно догадлив, друг мой. Надеюсь, без претензий? Это не грабеж, это честно заработанные трофеи.
— Что вы, какой базар, что я — не понимаю! Вы были в своем праве.
— Вот и славно. Расходимся. Не следи за мной больше, хорошо? — одновременно подписал вызов — Саша.
— Заметано! Я позвоню.
— Звони когда найдешь место для занятий, я сам понимаешь, не местный. Время любое, разумеется не ночь. До пятницы я совершенно свободен.
— Найду обязательно! До свиданья. Вас Егором зовут? — он смотрел в телефон, но даже в профиль я заметил его сверкнувшие радостью глаза.
— Да, это мое имя.
— А отчество? — не стал писать имя.
— Ронович.
— Как? — удивленно переспросил Верес.
Я не стал повторять. Мы разошлись.
Как бы сильно не тянуло в лес, с бульвара я заскочил в магазин за продуктами и дома приготовил, наконец, нормальный ужин: свиные отбивные по Грундски, Агнар научил. Некоторых специй не было, но я их с успехом заменил. На гарнир, не заморачиваясь, отварил спагетти. Посыпал тертым сыром — смак. На соус прекрасно подошел кетчуп. Завтра Зину порадую, много наготовил. На закате отправился в лес.
Недолго думая, выбрал ближайший к Зининому дому сосновый бор буквально в десяти минутах ходьбы. Высокие ровные сосны почти без подлеска. Землю сплошным ковром застилал брусничник на мягком мху с красными недозрелыми ягодами. Масса тропинок, несколько свежих костровищ на удобных полянках со сваленными отполированными частым сидением стволами деревьев. Пустые бутылки, консервные банки, бумажки, пакеты и другой мусор бросались в глаза как нечто чужеродное. Лес на это обижался, я чувствовал. Аура в таких местах была брезгливо — недовольной. С трудом разыскал место со спокойно — доброжелательным настроем и слился с тайгой.
Она приняла меня сразу. Я стоял с закрытыми глазами закинув голову, раскинув руки, словно пытаясь объять необъятное. Слился с каждой травинкой, с каждым, прости господи, клещиком и блохами на мышках. Я стал всем. Манну не надо было тянуть насильно, она сама полилась в меня… жиденьким ручейком. Ожидал цунали, вспомнив ауру Эгнорского леса, ан нет, извините, Земля-с.
На фоне отголосков недавнего заката почти стемнело. На западе загорелась первая звездочка — красавица Венера. Ночь расправляла холодные крылья…
Полного наполнения ауры пришлось ждать около двух часов. Все это время я стоял неподвижно, ничуть не страдая. Только внимательно следил за чужими аурами. Никого в это время в бору, популярном для пикников месте, не было. «Костры ушли до заката», каким-то непонятным образом сообщил Лес. Кто и сколько людей — таких понятий он не знал.
Потом спокойно зашел в астрал. Настроение умиротворенное, сравнимое с приятной сытостью. Девочки уже приняли слабое подобие медленных вихрей, вернее слабо крутящихся столбов. «Ого! Надо было до накачки ауры посмотреть какие они были», в очередной раз обозвал себя понятно кем и направил поток маны жизни в Синю. Она практически мгновенно приобрела женскую фигуру.
— Привет Егорчик, мы на земле? — вот так: ни долгого просыпания, ни недоумения.
— Как ты узнала?
— Что я, родной астрал не узнаю, по-твоему?
— В астрале манна есть?
— Ну, ты сказанул! Откуда на земле манна? Так, для поддержки штанов хватит, чтоб окончательно не загнуться.
— Тяни из леса, заряжайся, он, оказывается, вырабатывает немного.
— Ты мне прямо Америку открыл, а то я не знала! Тяну.
Как я соскучился по Лизе! Все мои «девочки» её копируют. Не знаю осознано или нет, но это не важно. Возникло желание рвануть прямо сейчас.
Мои астральные отражения стихий приобрели форму женщин в Энгоре, на фоне вынужденного воздержания. Тогда сильно женщину хотелось, вот они и прочитали мое желание, подстроились. Позже, когда встретил Лизу и влюбился — стали копировать её, причем каждая со своими особенностями. Синя ударяла по язвительности.
Управилась она быстро, минут за десять. Завертелась, как угорелая, но, не смотря на это, сказала с зевотой:
— Фу-х, наелась. Теперь бы поспать, — и как удавалось зевать при отсутствии рта?
— Буди остальных.
— Да, пожалуйста, — типа одолжение делает.
Можно подумать они хоть раз мне в чем-нибудь отказали. А интересно, в принципе могут? Наверное, нет. Они — это я, вернее мои желания. Надеюсь явные, а не скрытые. А то мало ли что мы повытесняли в подсознание, может, такое в глубине души желаем, что мама не горюй! Короче, проверять их отказоспособность не собираюсь, боязно.
Спустя еще полчаса проснулись остальные, и что началось! Шум, гвалт, хохот: «А мне такое привиделось… вы не поверите, девочки!», и так далее. Я слушал и улыбался. Как мне этого не хватало!
Да, за те полчаса Синя заметила мои рассортированные плетения и спросила с иронией:
— Развлекался? Придется помочь мудрому хозяину, — сказала с тяжелым вздохом.
Мы оказались в обычном земном офисе со стандартными шкафчиками для деловых бумаг. Все полки пустые, кроме одной на ней аккуратным рядком стояли семь разноцветных папок. На каждом корешке бумажка с распечатанной на принтере надписью — названием стихии.
