— Совсем не хотел! Я должен был оставаться в камне, что бы Миша разговаривал со мной, когда пожелает. Достаточно было просто взять его и вспомнить обо мне. Я для брата его делал, как память. Все пошло наперекосяк.
— Я осознал себя после твоей невозможной инициации. Получил твои знания и понял, что ты получил часть моих умений. Все время пытался пробиться к тебе. Удавалось это очень редко и то во сне и только частью своей памяти. Ты сам выбирал куски, которые тебе были необходимы. Или не сам, но это точно не я определял, что показывать. Вот, собственно, и все. Потом ты вылетел из тела и меня прихватил. Теперь общаешься со мной через себя.
— Я все понял, только вот это последнее место подъясни, — сказал я, делая очередной глоток. Хорошо!
— Ты все про меня знаешь, но осознаешь это только через разговор со мной. Я могу довести до твоего сознания свои мысли исключительно через разговор. И говорю по-дурацки, по-твоему. Меня нет, я умер тысячи лет назад. Подъяснил? — теперь он меня передразнил.
— Почему если по-моему, то по-дурацки? Мне нравится, — в ответ Игорь махнул рукой, а я продолжил, — так почему ты пар не переносишь? Может ты вампир?
— Вот и шутки у тебя идиотские. А как должен вести себя человек, впервые побывавший в парной? Не увиливай и не успокаивай себя воображаемым миром. Ты понял, что я имел в виду. Ты все жизненные силы потратил, тебя пробили смертельным плетением, а ты не на небесах. Всего лишь в Нигде. Ну и название у местечка!
— Слушай, а может это и есть небеса? — я уже откусывал вяленую чехонь. Давно не ел.
— Для двоих? — Игорь усмехнулся и отщипнул виноградину. Эстет, блин, — раньше я был атеистом. Не воинствующим, а так, не задумывался над этими вещами. Над Мишей подтрунивал. Пожив с тобой, понял, что он прав. Не знаю на счет формы, но по-существу несомненно. Это все, — обвел руками, — Нигде, и мы это точно знаем, бывали. Сейчас мы создали здесь мирок. Хочешь сравнения с матрицей — пусть будет, неважно, я только рад. Ни в рай, ни в ад меня бы с тобой не пустили, ты бы один отдувался. Так что, ты не умер.
— Давай за это выпьем! — в моей руке появилась запотевшая рюмка. Мы чокнулись. Следом солененький огурчик. Хорошо сидим.
Потом я привел Игоря в замок. Познакомил с Лизой. Впрочем, он и так всех знал. К нам присоединились остальные стихийники, включая Рона (ну что, что умер, в моем мире живым будет!), Лиона подтянулась. Позже присоединились Зина с Розой. Ох, и весело было! Переспал с двумя женщинами одновременно. Могу позволить, и они не выясняли отношений. Понимаю, что это не на самом деле, но какая разница, ощущения одинаковые. Игорь оторвался с Розой. Для него она была необычной, у них редко расы перемешивались. Кругом сплошные удовольствия.
— Вот я дурак! — воскликнул я, загорая на пляже острова Дракона. Время не определялось совершенно. Более того, причинно-следственная связь угадывалась с большим трудом. Толи я только что появился в Нигде, толи уже был в бане, толи это еще предстоит. И мне это нравилось, черт побери!
— Слушай, Игорек, так я все время знал ваш язык и колдовать умел по-вашему?
Игорь материализовался в обнимку с Розой. Оба голые.
— Я знал, и я умел, — ответил, оторвавшись от поцелуя. Роза, ослепительно красивая, не такая, как в жизни не отпускала его и лезла целоваться дальше, — сгинь, попозже, — сказал он и девушка исчезла. Он в плавках пристроился рядом со мной на мгновенно возникшем гамаке под тентом. Материализовал коктейль с трубочкой под зонтиком и с удовольствием сделал большой глоток.
— Хорошо! Может, не будем возвращаться назад?
— Я и не собираюсь, — я тоже сварганил себе гамак с холодным коктейлем. Безалкогольный. Не хочется пока спиртного, — думаю устроить тебе экскурсию к звездам. У вас, поди, не было такой фантастики.
— Да ты что, была! Похлестче вашей. Для вас наша жизнь сплошная фантастика.
— Вот, вот, не сбивай с мысли. Я знал вашу магию?
— Магия! Я не любил это слово, я занимался наукой в области пси-поля, что не меняет сути. Теперь я проще отношусь к определениям. Конечно, ты знал, поэтому так легко творил свои плетения. Через меня знал, подспудно.
— Я всегда это подозревал.
— Подозревал он! Да ничего ты не подозревал! И правильно делал.
— В смысле?
— Как тебе объяснить… а надо ли? Теперь то.
— Говори, — я повернулся на другой бок, — все новое развлечение. Сколько мы здесь?
— Спроси что полегче.
— Объясни мне общую теорию относительности.
Игорь поперхнулся коктейлем и заржал во все горло.
— А ведь это действительно полегче, ты её знаешь! — проговорил сквозь смех. Я тоже улыбнулся. Хотел пошутить, но не знал, что получится до такой степени.
