— Тогда спрашивается, как она может себе это позволить? — спросил я. — Подобные хоромы стоят целого состояния, не важно, сколько она тебе платит. И не говори мне, что у вас в Обществе миллион членов, и вы берете с каждого взносы по двадцать долларов в год.
— Ты помнишь, мадам Чой говорила, что Виат Торп хорошо разбирается в нефрите? — напомнила мне Юдит. — Так вот, она знает нефрит даже лучше, чем он. Общество использует ее имя и престиж у знатоков восточного искусства. И все коллекционеры верят ее слову безоговорочно. Мадам Чой действует как посредник при купле-продаже и сама осуществляет много сделок за свой счет. Она — яркая и выдающаяся деловая женщина, Дэнни. Взносов от членов Общества не хватит, даже чтобы оплатить счета за уборку. А вот деятельность Общества дает ей возможность заниматься бизнесом.
— Хорошо, — сказал я, сделав вид, что сдаюсь. — Ты, похоже, меня убедила.
— Теперь твоя очередь быть откровенным, — напомнила Юдит.
— Ладно, я вовсе не шутил.
— И ты такого рода подрядчик, как говорил? — Она недоверчиво посмотрела на меня. — Давай, ответь начистоту, Дэнни! Это настолько плохо, что не может быть правдой.
— Ты хочешь доказательств? — Я расстегнул пиджак и отдернул полу так, чтобы она смогла увидеть “магнум” в кобуре под мышкой.
— Дэнни? — Ее глаза стали огромными. — Ты ведь не убиваешь людей за деньги?
— Нет, только бесплатно! — огрызнулся я. Зазвонил телефон, и она, тихонько вздохнув, поднялась с дивана и подошла к элегантному комоду орехового дерева, где стоял аппарат. Я допил свое виски и отнес пустой бокал к бару, прислушиваясь к односложным ответам Юдит, пока готовил себе следующую дозу виски со льдом. Наконец она произнесла:
— Я все поняла, мадам Чой. Да, разумеется, — и повесила трубку. Затем, повернувшись ко мне, улыбнулась, словно извиняясь. — Я говорила тебе, что работаю круглые сутки. Это были предварительные распоряжения на завтра.
— Поражаюсь, ты не использовала шанс при разговоре по телефону, чтобы позвать на помощь, — процедил я сквозь зубы. — Сидеть на диване с профессиональным убийцей!.. Ну ты даешь!
Ее нижняя губка скривилась от еще большего презрения, пока она шла через комнату ко мне. Юдит остановилась в футе от меня и прежде, чем я успел сообразить, что она собирается делать, откинула полу моего пиджака и вытащила пистолет из моей сбруи.
— Он тяжелый, — хрипло пробормотала она. — Наверное, у тебя сильная рука, если ты стреляешь из него, да?
— Ну, только поаккуратней! И не направляй его на меня!
— Шум может стоить мне моей работы. — Юдит неловко держала пистолет, пока пыталась просунуть свой указательный палец в скобу. Секунд через двадцать ей это наконец удалось — внезапно, пока я все еще стоял, затаив дыхание, она приставила дуло к моей груди, закрыла глаза и театральным шепотом произнесла: “Пу!"
— Хочешь быть шерифом на эту неделю? — спросил я ее, когда перевел дух. — Так и быть, согласен выступить в роли великого вождя — Говорящего Буйвола.
— Мне всегда хотелось знать, какое это ощущение. — Юдит снова открыла глаза и посмотрела мне в лицо. — Как они выглядят после того, как ты их убиваешь, Дэнни?
— Мертвыми. А теперь будь хорошей девочкой и положи пистолет.
Она надула губки.
— Ты знаешь, что я имею в виду. Сразу после момента смерти, как они выглядят?
— Почти одинаково, — сообщил я ей, не вдаваясь в подробности. — Отличия возникают потом. Остывший труп отличается от свежака. А теперь дай мне...
— Что же ты при этом чувствуешь? — шепотом спросила Юдит. — Что чувствуешь, когда убиваешь кого-то?
— Ничего, — процедил я сквозь зубы. — Это работа, как и любая другая, вот и все. Если она сделана аккуратно, ты удовлетворен. Если пара деталей оказались неучтенными — это выбивает из колеи. А теперь, Бога ради, пожалуйста...
— Ты поразительный парень. — Юдит несколько раз моргнула. — Знаешь, что ты для меня значишь? Новое впечатление, которое может и не повториться в моей жизни.
— Да ну? Для меня это тоже будет ярким впечатлением, если ты пулей высадишь мне легкое и прямиком через стену отправишь в соседнюю квартиру, — прошипел я, решив, что мне придется через три секунды заняться ею всерьез.
Юдит понимающе засмеялась.
— Чего ты опасаешься, Дэнни? Разве он не стоит на этом... ну, как это там у вас называется?.. Штука для безопасности?..
— Снова угадала, — угрюмо буркнул я.
— Ты хочешь сказать?..
Она на мгновение уставилась на “магнум” в ужасе, затем взяла его за ствол левой рукой и разжала дрожащие пальцы правой на рукоятке. Держа его на расстоянии от себя, словно дохлую рыбу, она направилась обратно к ореховому комоду, и, даже глядя на нее со спины, я мог понять, что она быстро приходит в себя. Обе ее ягодицы вновь стали покачиваться в прежней манере к тому времени, как она дошла до места. Юдит осторожно положила пистолет на комод рядом с телефоном, потом развернулась и снова предстала предо мной, взволнованная не более, чем если бы только что держала в руках детскую игрушку.
— Как это прикажете понимать? — полюбопытствовал я.
