Тем не менее прежде чем уйти, он задержался ещё на девять минут, пока другие дуэлянты не начали тренировку.
Потом Брезан остановился у терминала в одном из салонов, чтобы проверить, не покидала ли Черис свои покои.
– Не то чтобы Джедао не мог как-то перехитрить мот-сеть, – объяснил он, – но если бы я действительно верил, что он на такое способен, не оставил бы его под домашним арестом.
– Все равно позвольте мне войти первой, – попросила Кируев. – Просто на всякий случай.
Брезан издал болезненный звук.
– Когда-то вы ему доверяли…
Кируев не поняла, как одно связано с другим.
– Речь о вашей безопасности, сэр.
– Послушайте, – сказал Брезан, – если бы Джедао хотел нам навредить, стоило бы побеспокоиться о том, как бы он тут все не взорвал, а не о том, что он может перестрелять нас по одиночке.
– Вы что, оставили с ним взрывчатку? – резко спросила Кируев.
– Нет, но…
– Нет необходимости приписывать ему сверхъестественные силы, сэр. Или не принимать разумных мер предосторожности.
Брезан поморщился.
– Судя по тому, как прошел мой год, я не могу ничего исключать.
Он быстро миновал остаток пути до двери Черис и попросил его впустить. Руку при этом держал далеко от пистолета. Учитывая, с чего все началось, это было весьма логично.
Через несколько мгновений дверь открылась. Брезан вошел без колебаний. Черис поднялась ему навстречу, хотя и не отдала честь. Она переоделась в неожиданно праздничное платье цвета лаванды и надела кулон в виде ворона, тот самый, который Кируев видела однажды, перед тем, как «Джедао» принялся опасно играть с пистолетом. Кулон должен был что-то значить для нее, но сейчас не время спрашивать. Кируев так привыкла видеть ее в форме Кел, что ей показалось, будто черты лица Черис изменились – или изменился ее силуэт; она стала кем-то, кого Кируев никогда не встречала.
– Ты принял решение? – спросила Черис у Брезана.
– Кое-что осталось невыясненным, – ответил тот. Он не улыбался, но как-то иронично кривил губы.
– Я слушаю, – кивнула Черис.
Брезан кивнул Кируев.
– Генерал, я уверен, у вас есть свои вопросы к нашему незваному гостю. Хочу, чтобы вы их задали, как будто меня здесь нет.
Кируев судорожно втянула воздух, не способная даже принять приказ должным образом.
– А ты учишься быть жестоким, как я погляжу, – заметила Черис, обращаясь к Брезану.
Кируев посмотрела на неё.
– Джедао? – спросила она.
Улыбка была прежней, но на этот раз печальной.
– Если это то, кто я есть.
– Хоть что-нибудь было реальным? – спросила Кируев.
– Все было достаточно реальным, – сказала Черис. – Я все, что осталось от Шуос Джедао. Командование Кел прикрепило ко мне его призрак. Можете догадаться, какие получились побочные эффекты. Когда он, в конце концов, умер, то передал мне свои воспоминания. Гекзархи не зря беспокоятся.
Кируев соображала с трудом. Черис терпеливо ждала, пока генерал сформулирует следующий вопрос. Не так давно Кируев подчинялась Черис, хотя воспоминания об этой верности уже таяли и вскоре должны были исчезнуть, оставив после себя лишь загадочную тень.
– Существовал ли когда-нибудь шанс уничтожить гекзархов? – спросила она, сама не зная, какой ответ хочет услышать. Ведь на этот счет и Брезан, похоже, сомневался.
– Брезан, – сказала Черис, – почему бы тебе самому не спросить меня прямо, вместо того чтобы делать с ней такое? Я с тем же успехом могу дать нужные ответы и тебе.
– Потому что это ей ты причинила боль, – ответил Брезан. – Потому что она умирает за дело, суть которого ты так и не потрудилась объяснить.
– Брезан…
– Ты с нею так поступила – тебе не кажется, что ты у неё в долгу?
– Я не просила, чтобы она…
– Но она это сделала. Тебе не кажется, что стоит хотя бы объяснить, на хрена все это было, прежде чем генерал упадет замертво? – Брезан теперь кричал.
– Брезан, – проговорила Черис ледяным тоном. – Посмотри на неё. Ты Кел. Ты не должен выходить из себя в присутствии подчиненных.
Кируев дышала с трудом, сама не понимая, почему. Ей с трудом удавалось смотреть на верховного генерала, как будто он был окружен пламенем, как будто в каждом промежутке между его молекулами таилась смерть.
Брезан едва не подавился словами, которые намеревался произнести.
– Ладно. Я признаю, что ты не превратила рой в погребальный костер. И ты сражалась с захватчиками. Но это недостаточное оправдание для использования людей в качестве игровых фишек. Скажи мне, в чем заключается твой чертов план, и на хрена нужна была вся эта безумная прогулка, или я скормлю тебя весьма взбешённой агентессе Андан. Она и мне голову оторвет, но чтобы избавиться от тебя, оно того стоит. Так что давай, говори – и объясни все как следует.
– Подумать только, – заметила Черис, – весь этот пыл – ради системы, которой ты даже не хранишь верность. Представь себе, кем бы ты мог стать на службе тому, во что бы действительно верил.
Брезан явно сдержался, чтобы не ударить ее.
– Нам нужен новый календарь, – сказала Черис.
Брезан и Кируев невольно переглянулись. Потом он сказал:
