13. Антигон сразился с Эвменом при Габиене[924]. Тамошняя равнина имела сухую почву и изобиловала песком. В тот момент, когда в битве сошлись огромные войска, поднялось большое облако пыли, скрывая как друзей, так и врагов. Сражение перешло в рукопашную[925]. Заметив обоз, следовавший за воинами Эвмена, в котором находились их жены, дети, наложницы и домашняя челядь, а также золото и серебро и все остальное, что они приобрели в походе вместе с Александром, Антигон приказал отборным отрядам захватить обоз и отвести его в собственный лагерь. Они захватили обоз, поскольку противники были заняты битвой, а поднявшаяся пыль все затмевала. Когда же битва закончилась, у Антигона пало пять тысяч воинов, а у Эвмена всего лишь триста, последние, гордясь своей победой, разошлись. Когда они увидели, что обоз похищен и все домашние люди уведены в плен, то великая печаль и беспрестанный плач охватили победителей, так что большинство из них по причине сильной любви к домашним стали отправлять послов к Антигону, желая сдаться. Антигон, хотя и похитил обоз воинов Эвмена, видя, что те с трудом переносили потерю самого дорогого, объявил во всеуслышание, что готов отдать даром похищенное. Воины же по причине такого обещания сразу стали переходить на его сторону, и не только македоняне, но и огромное количество персов, которыми командовал Певкест[926]; ведь он, видя, что македоняне переходят на сторону Антигона, присоединился к ним. Наконец, столь великий переворот произошел в умонастроении воинов Эвмена, понявших свою участь, что аргираспиды, схватив Эвмена, выдали его, закованного в оковы, Антигону, последний же был провозглашен царем всей Азии.
14. Антигон, узнав, что Пифон, сатрап Мидии, набирает наемников и собирает деньги, намереваясь отложиться от него, притворился, что не верит доносившим это, говоря: «Если бы я верил, что Пифон сделает это, то я бы не приготовил для отправки к нему пять тысяч македонских гоплитов и тысячу фракийских воинов для охраны его сатрапии». Пифон, услышав это, поверил человеколюбию Антигона, быстро поспешил к нему, дабы принять обещанную военную помощь. Антигон же, приведя Пифона в расположение македонян и схватив его, в качестве отмщения за измену казнил[927].
15. Антигон почтил обильными дарами аргираспидов, которые передали ему Эвмена как узника; однако, остерегаясь их измены, он тысячу из них передал в помощь Сибиртию, сатрапу Арахосии[928], остальных же разослал для несения караульной службы в другие укрепленные и отдаленные гарнизоны, чтобы местность, где они будут служить, стала для них темницей. Вскоре о них ничего не стало слышно.
16. Антигон осаждал Родос[929] и, поручив осаду своему сыну Деметрию, объявил, что гарантирует всяческую безопасность ро-досским перебежчикам; родосским купцам и рыболовам, находившимся возле берегов Сирии, Финикии, Киликии и Памфилии[930], он также пообещал безопасность мореплавания при условии, что они не будут приставать к Родосу, дабы взять его, лишенным всяческой помощи, тем более что помощи со стороны Птолемея не было достаточно, чтобы успешно противостоять руководящему осадой Деметрию.
17. Антигон нанял за плату наемников из галатов[931], которыми командовал Кидерий, при этом заключив соглашение, что он даст каждому по золотой македонской монете и отдаст в качестве залога знатных мужей и детей от благородных родителей. Вскоре у него произошла битва с Антипатром; после того, как она завершилась, галаты стали требовать плату. Антигон расплатился с каждым воином, имеющим щит. Галаты же стали требовать денег для невооруженных, женщин и детей; ведь в договоре было сказано следующее: «Заплатить каждому из галатов». В таком случае, если получат плату принимавшие участие в битве, то выйдет тридцать талантов, а вместе с не участвовавшими в битве — сто талантов. Войско галатов отпало от Антигона и стало угрожать убить заложников. Антигон, боясь за жизнь заложников, послал к ним посла, обещая дать то, что они требуют, если они пошлют людей взять золото. Они же, радостные по причине надежды на множество денег, послали для принятия золота лучших галатов. Антигон, захватив пришедших, заявил, что он отпустит мужей не прежде, чем получит обратно своих. Галаты, сильно желая спасти своих мужей, после того как отдали заложников со стороны Антигона, получили взамен своих собственных и вместе с ними тридцать талантов[932].
