– Операция стоимостью многие миллиарды долларов.
– «Инвер-Брасс» в квадрате, – сказал Белнэп. – Ты выбрал имя Генезис, зная, что оно вселит ужас в твоего старика. А комиссия Керка открыла перед тобой небывалые возможности. Позволила тебе заручиться поддержкой правительства Соединенных Штатов в деле искоренения «Теты». Ты собирал информацию о деятельности группы и пересылал ее следователям комиссии.
– Ничего другого я не смог придумать, – признался мальчишка. Белнэп отметил, что в нем странным образом сочетаются самоуверенность и хрупкость. – О, не примите это на свой счет, но вы не могли бы убрать пистолет? У меня по этому поводу пунктик. Не люблю, когда на меня направляют оружие.
Белнэп начисто забыл о том, что держит в руке пистолет.
– Извини, – спохватился он. – Дурные манеры. – Положив пистолет на полукруглый столик у двери, он прошел в глубь комнаты. – Твой отец знает о том, как ты относишься к «Тете»?
– Ему не нравится, что я читаю Канта, не говоря уже о Библии. Отец сознает, что наши мнения расходятся, но, понимаете, на него не подействуют никакие аргументы. Это трудно объяснить. Я уже говорил вам, мистер Белнэп, я люблю своего отца. Но… – Брэндон осекся.
– Ты посчитал своей обязанностью его остановить, – голос Белнэпа смягчился. – Потому что, кроме тебя, сделать это не мог никто. Одним словом, ты играешь с отцом в виртуальные шахматы.
– Только в этих шахматах за каждой пешкой стоят человеческие жизни.
– Ты прав.
– На самом деле сначала я надеялся, что будет достаточно одних угроз.
– Угроз разоблачить группу «Тета» комиссии Керка.
– Правильно. Однако это оказалось не так. Тогда я начал составлять подробный отчет о деятельности «Теты», так сказать, цифровое досье. Это было очень непросто. Но я довел работу до конца. В моем файле собраны сведения обо всех до одного корнях, о всех ветках.
– Ты говоришь, что уже закончил составлять досье.
Мальчишка кивнул.
– То есть всего несколькими нажатиями клавиш ты можешь разослать его всем до одного членам комиссии Керка. И чудовище, затаившееся во мраке, окажется на ярком свету.
Брэндон снова кивнул.
– Пришла пора это сделать, разве не так?
– В таком случае Джаред Райнхарт работает на твоего отца. Он не имеет к Генезису никакого отношения.
– Райнхарт? О господи, нет. Насколько я о нем наслышан, это очень страшный тип. Я рад, что наши пути никогда не пересекались.
Из дверей донесся голос, шелковистый, холодный, властный:
– До сегодняшнего дня.
Стремительно развернувшись, Белнэп увидел высокого, долговязого мужчину, который когда-то был его лучшим другом. Поллуксом для него, Кастора. Вырисованный силуэтом на фоне дверного проема, Джаред Райнхарт казался необычайно худым, а пистолет 45-го калибра у него в руке – необычайно огромным.
– В такие моменты я жалею о том, что не ношу шляпу, – обратился к Белнэпу долговязый оперативник. – Тогда я мог бы снять ее перед тобой.
– Джаред… – хрипло выдавил Белнэп.
– Право, ты превзошел самого себя, – продолжал Райнхарт. – Ты был просто восхитителен. Поразителен. Я не сомневался в тебе. И вот все твои труды завершены. Остальное я беру на себя. – Он презрительно посмотрел на мальчишку. – Твой отец будет здесь с минуты на минуту, – его лицо исказила ледяная усмешка.
– Что я наделал! – ахнул Белнэп, чувствуя, как сердце пускается бешеным галопом. – Боже всемогущий, что я наделал!..
– Ты сделал то, что, кроме тебя, не смог сделать никто. Браво – и я говорю искренне, Тодд. Вся трудная работа выпала на твою долю. А что касается меня – что ж, я снова старый почтенный джентльмен в бриджах. Это известно всем охотникам. Для того чтобы поймать лисицу, нужно идти за ищейкой. Должен сказать, мы даже не подозревали, где прячется наша лиса. Сами бы мы не дошли до этого и за миллион лет. Однако теперь все встает на свои места.
– Ты использовал меня. Все это время ты…
– Я знал, мой добрый друг, что ты меня не подведешь. У меня глаз на настоящий талант. Я с самого начала понял, что ты представляешь из себя нечто выдающееся. Бюрократы из «Туманного дна»[91] тебе страшно завидовали. Многие из них не представляли себе, как к тебе относиться. Но я знал. Я всегда тобой восхищался.
И снова Белнэп обнаружил, что слова застревают у него в горле.
– И все это время ты…
– Знал, из чего ты слеплен. Знал, на что способен. Лучше кого бы то ни было. Вместе мы всегда были непобедимы. Ничто не могло нас остановить, если я ставил какую-то цель. Мне хочется думать о случившемся как о нашем величайшем триумфе, а не просто как о последней победе.
– Ты
