Излагаемое мировоззрение именуется ТЕЛОСОФИЕЙ (что означает мудрость высшей цели) и предлагается как стратегия, подкрепленная мощным инструментарием психофизической деятельности. Мы полагаем необходимым новое понимание существа человеческого познания как практического процесса формирования реальности человеком по образу и подобию своему. ЗНАНИЕ ОНТОЛОГИЧЕСКИ АКТИВНО, ПОСРЕДСТВОМ ЕГО ФОРМИРУЕТСЯ МИР. Знание многомерно, оно есть способ управления природными и космическими процессами, способ конструирования самой «объективной» реальности. Тем самым, утверждается человекотворность мира земной реальности, всей вселенной. Во 2-й главе книги, — «Психофизика: теория и практика», — Вас познакомят с практическим мировоззрением и инструментарием психофизической деятельности одной из самых эффективных в России групп психофизиков, имеющей сертифицированные ведущими институтами и государственными учреждениями результаты по изменению психофизическими технологиями физических и химических свойств различных объектов в промышленных масштабах. Овладение построениями практической мировоззренческой системы и психотехниками, достоверными для человеческого подсознания дает возможность наведения моста между сознанием и подсознанием.Предлагаемая вашему вниманию книга есть результат осмысления двенадцатилет деятельности группы людей, ведущих поиск метафизических практик.Излагаемое мировоззрение именуется ТЕЛОСОФИЕЙ (что означает мудростьвысшей цели).Мы полагаем необходимым новое понимание существа человеческого познания как практического процесса формирования реальности человеком по образу и подобию своему. Знание, в таком практическом процессе выступает как форма организации коллективной психоментальной деятельности для целевой детерминации объектов реальности. ЗНАНИЕ ОНТОЛОГИЧЕСКИ АКТИВНО, ПОСРЕДСТВОМ ЕГО ФОРМИРУЕТСЯ МИР. Знание многомерно, оно есть способ управления природными и космическими процессами, способ конструирования самой «объективной» реальности, способ организации коллективного человеческого ответа на внешний (космический) вызов. Тем самым, утверждается человекотворность мира земной реальности, всей вселенной.Способность человека творить миры именуется демиургией. Для исторического времени характерно бессознательное осуществление человеком своего демиургического потенциала. Известные мистические, магические, йогические учения имеют своим основанием бессознательную ностальгию по утерянному актуальному антропоцентризму мира.В своем паломничестве на Восток, ищущий человек Запада не представляет себе глубин мистичности, высочайшей магической насыщенности, каббалистической природы своего «научного» сознания, «техники», способов организации государственной, гражданской и религиозной жизни. Он не представляет себе, что математический расчет, призванный продемонстрировать «объективность» естественнонаучного знания, реально выступает способом концентрированного символического воспроизведения ритуальных формул каббалы, заклинающих к реализации искомый ряд событий, а массовость культуры, использующей со школьной скамьи каббалистические заклинания, зашифрованные в виде математических расчетов, дает необходимую энергийную базу для онтологически-творящей мощи каббалы.Во второй главе книги, — «Психофизика: теория и практика», — Вас познакомят с практическим мировоззрением и инструментарием психофизической деятельности одной из самых эффективных в России групп психофизиков, имеющей сертифицированные ведущими институтами и государственными учреждениями результаты по изменению психофизическими технологиями физических и химических свойств различных объектов и сред.Практика целевого психофизического действия есть психическое делание, есть практика психоформизма, есть ритуал, таинство, мистерия, психодрама, но не медитация, не экстаз, не астральная операция. Образные ряды, задающие архитектонику пространства психоформационного ритуала, строятся нами на фундаментах древних архетипов. Древнейшие обряды практиковались десятки тысяч лет и, тем самым, определяющий пласт человеческого бессознательного организован логикой этой культурной архаики.Совпадение психотехники достоверной для человеческого подсознания и построений излагаемой практической мировоззренческой системы, дает возможность наведения моста между сознанием и подсознанием, дает возможность энергетизации схем сознания и осознания архетипики коллективного бессознательного в знаниях-образах, имеющих непосредственное психомоторное наполнение. Это и есть универсализация сознания или иначе, — культура формационного мышления.
Верные слова не изящны.
Красивые слова не заслуживают доверия.
Добрый не красноречив.
Красноречивый не может быть добрым.
Знающий не доказывает,
доказывающий не знает.
Множество книг о «мистике», о «загадочном», появившихся в последние несколько лет, насытили поверхностное любопытство и возбудили голод к глубоким, «теоретически безумным» попыткам осмысления путей альтернативного культурного развития. Иллюзорность «философий жизни», предлагаемых в бесконечных псевдо-оккультных сочинениях, отсутствие аргументов в центральном пункте практической, технологической состоятельности предлагаемых мировоззренческих альтернатив современному научно-техническому, индустриальному монстру, — переростку античной натурфилософии, — показывает бесплодность этих альтернатив, переводит их в разряд шоу, «гностического триллера», непритязательной психотерапии.
Предлагаемая вашему вниманию книга есть результат осмысления двенадцати лет деятельности группы людей, ведущих поиск метафизических практик, могущих помочь в конструировании путей выхода из тотального кризиса, в котором оказалась сегодня западная цивилизация и вместе с нею, опережая ее, — Россия. Мы именуем наше мировоззрение — ТЕЛОСОФИЕЙ и нашу практику — ПСИХОФИЗИКОЙ (ПСИФИЗИКОЙ). Свою задачу мы изначально видели в том, чтобы результатом нашей «мистической» деятельности были технологии качественно более эффективные и простые во внедрении, чем обычные продукты «научно-технического прогресса». Эти технологии, в практическом использовании, должны быть неотличимы от обычных, они должны давать безусловно воспроизводимый результат и, в случае необходимости, задавать устойчивую форму изменений на уровне цепочки причинно-следственной детерминации требуемого события (изменения качества, состояния вещественного объекта, процесса). Соответственно, мы должны быть готовы полностью удовлетворить возможное научное любопытство о материальных причинах произведенного изменения, хотя с нашей точки зрения это и не имело бы отношения к природе детерминации вызванного нами изменения. Ученым, конечно же, виднее…
Мы свою практику строим как целевую детерминацию событий. Опираемся при этом на учение Аристотеля о Телосе вещи, о целевой причине. Опираемся на работы британского философа ХХ века А. Уайтхеда об организменности реальности и формах присутствия в настоящем времени будущих и прошлых событий. Аристотель, размышляя о вещи, первым задавал вопрос о ее Телосе (для достижения какой цели существует эта вещь?), считая этот вопрос определяюще важным для понимания сущности вещи. Мы именуем наше мировоззрение ТЕЛОСОФИЕЙ, т. е. МУДРОСТЬЮ ЦЕЛИ, подчеркивая этим ЦЕЛЕНАПРАВЛЯЮЩЕЕ ЗНАЧЕНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ЗНАНИЯ, как его сущностное определение.
Мы исходим из высшей ценности ДУШИ в человеке. ДУША есть цель и субъект человеческого противостояния-сопричастности миру. Признание нами первенства души над умом лишает нас возможности иметь в западноевропейской школе мышления, начиная с античных философов, твердую основу, а восточноевропейской (православной) школы мышления — не существует. Духовный подвиг Григория Паламы, закрепленный решением Православного Собора, утвердил первенство ДУШИ над УМОМ и, соответственно, энергийной приобщенности БОГУ над возможностью сущностного приобщения БОГУ. Но, с гибелью Византии, этот путь духовного развития был заморожен. В Россию со времен Петра 1 через Греко-Латинские школы пришла и стала безальтернативной западноевропейская школа ментальности, некритично заимствовавшая систему и метод античной философии. Эта школа ментальности сегодня тотально пронизывает философию, науку, церковь и здравый смысл. Российская школа религиозно- философской мысли XIX–XX веков (метафизика всеединства), начиная с В.Соловьева и далее, — С.Булгакова, Н.Бердяева, С.Франка и других, не меняет этой оценки, являясь, безусловно, философской школой западно-европейского образца.
