Фолломайн остановился в ярде от него, стараясь не смотреть на мяч, который словно дразнил его, замерев на конце клюшки перед самым его лицом.
— Тебе разве не нужен твой мяч? — спросил Сетанта.
Фолломайн недовольно фыркнул и вытянул руку в сторону.
— Я хочу, чтобы ты ушел, — произнес он, начиная наливаться краской. — Мы — Отряд Юнцов и тебя сюда не звали.
Сетанта подбросил мяч, поймал его и замер, сложив руки на груди и широко расставив ноги.
— Но я ведь вас победил.
Это было сказано не для того, чтобы спровоцировать Фолломайна, а прозвучало просто как констатация факта. Фолломайн покачал головой.
— Нет, не победил, — сказал он. — И даже если бы и победил, то это все равно не имело бы никакого значения. Нельзя вступить в Отряд Юнцов просто так, без приглашения ввязавшись в игру и не попросив сначала нашей защиты. И нельзя заслужить нашего уважения, сделав несколько финтов клюшкой.
Сетанта приподнял брови и потыкал в землю своей клюшкой. Я почувствовал, что мое тело непроизвольно напряглось, словно кто-то в этот момент отводил кулак, чтобы меня ударить. Мне показалось, что воздух вокруг мальчика вдруг бешено закружился и затанцевал, как это бывает на берегу озера в жаркий день перед грозой. Он сделал два быстрых шага вперед, чуть не соприкоснувшись с Фолломайном. Противник оказался почти на голову выше его. Фолломайн вздрогнул и озадаченно прищурился, оглядываясь по сторонам, словно он тоже почувствовал странное движение воздуха, но не отступил. Возникла пауза, во время которой потоки их волевых усилий сцепились, как рога молодых оленей.
— Тогда как мне завоевать ваше уважение? — тихо спросил Сетанта, пристально глядя прямо в глаза Фолломайну.
— В Отряд Юнцов вступают или по праву рождения, или с помощью оружия, — ответил другой мальчик, смуглый симпатичный паренек по имени Найал, до этого момента хранивший молчание.
Сетанта снова отступил назад и с улыбкой на лице начал спокойно перебрасывать мяч из руки в руку. В течение нескольких секунд он, похоже, обдумывал сказанное Найалом.
— Это хорошо, — сказал он. — Вступить по праву рождения — это слишком легко. Я этого делать не стану, по крайней мере пока, — он кивнул в сторону Фолломайна. — Это ты тут главный?
Официально у Отряда Юнцов не было своего капитана, но родословная Фолломайна давала ему право на старшинство, и он приосанился. На лице Сетанты появилась удовлетворенная улыбка. Он окинул взглядом стоявших перед ним ребят, задержавшись на обиженном лице Брикри, паренька, которого он выбросил из круга, когда ввязался в борьбу за мяч. Тот стоял впереди остальных, теребил свою клюшку и бросал на Сетанту убийственные взгляды. Из уголка его рта стекала кровь. Сетанта показал на него клюшкой.
— Ты! Будешь со мной драться?
— Буду.
— А ты? — Сетанта ткнул клюшкой в сторону самого рослого мальчика в Отряде, добродушного тугодума по имени Кулард, и тот ответил ему кивком.
Сетанта положил на траву клюшку и мяч.
— Я буду первым, — произнес Брикри, сплюнув кровь. Клюшку он все еще держал в руках.
— Ставлю четыре к одному на малыша, — вполголоса произнес Коналл, который наблюдал за происходившим с огромным удовольствием, словно мальчики были озорными медвежатами, а он их гордым папашей.
Бьюкал сплюнул и хлопнул ладонью о ладонь Коналла. Несколько других мужчин также приняли пари. Если бы у меня были коровы, я бы тоже поспорил с Коналлом.
— Нет, — произнес Фолломайн, — право ударить первым — за мной.
— К чему эти споры? — тихо спросил Сетанта. — Почему бы всем не сделать это одновременно?
Он тут же издал такой крик, от которого у меня волосы встали дыбом, и ринулся прямо на стоявших перед ним мальчиков. Найал не ожидал нападения и через мгновение, взлетев в воздух, уткнулся лицом в землю. Фолломайн оказался быстрее и успел схватить Сетанту за плечо, ожидая, что тот попытается вывернуться. Вместо этого мальчуган ударил его плечом прямо под ложечку. Я услышал, как дыхание вышибло из легких Фолломайна, словно сквозь распахнутое окно, когда он, чуть не оторвавшись от земли, отлетел в группу столпившихся за ним мальчиков. Используя Фолломайна в качестве тарана, Сетанта сбил с ног нескольких из них, а создавшаяся сумятица позволила ему восстановить равновесие и снова броситься в атаку. Судя по всему, некоторые из ребят не очень хотели участвовать в групповом нападении на Сетанту, видя, что это всего лишь маленький мальчик, но он не оставил им выбора. Они окружили его, издавая яростные крики. В воздухе замелькали его кулаки и ноги. Безудержное неистовство нападения позволило ему продержаться несколько мгновений, однако он не мог драться со всеми бесконечно. Один из них схватил его за ногу, другой уцепился за голову, и вот он уже скрылся под массой копошившихся тел.
