Алина села и сжала пальцами виски.
С ней происходит что-то нехорошее, иначе, отчего ей кажется, что галлюцинация ей пытается угрожать?
- Может, всё-таки обратишь на меня внимание?
Теперь уже рык.
Неприятный. И очень...реальный.
Алина, моргнув, повернула голову в сторону, откуда доносились слова.
И замерла.
Тот мужчина... Она его помнила! Подошёл к ней на пути к остановке... И не только оттуда она его помнила.
Этот взгляд черных глаз...
И тело... Знакомое.
Даже слишком.
Сердце на мгновенье перестало биться.
Нет... не может быть...
Напротив дивана, на котором сидела она, в кресле, подавшись вперед и сцепив на коленях руки, сидел мужчина. Хмурый и, скорее всего, злой. Недобрые черные глаза, не отрываясь, смотрели на неё. Вся его огромная фигура застыла, точно перед прыжком.
- Давай, девочка... приходи в себя. Узнавай меня уже, черт возьми!
Это был приказ.
Не пожелание.
Алина нахмурилась. Анализировать происходящее не было ни сил, ни желания. Но страх, медленно оседающий в душе, подталкивал её к более активным действиям. Даже не действиям. Размышлениям.
- Ты...настоящий?
Более глупого вопроса не нашлось.
- А ты сомневаешься? Напомнить, какой я настоящий?
И снова недовольство в голосе.
Алина замерла, теперь уже опасаясь сделать лишнее движение.
Получается, у неё в квартире находится незнакомый мужчина. Смотрит на неё недобро и ведет себя так, словно они давние знакомые.
Возникло чувство дежавю? Точно! Она уже была в подобной ситуации, когда не могла понять, что с ней происходит. Ситуация напрямую была связана именно с этим мужчиной?
Господи, такое ощущение, что она сходит с ума! Одна мысль сумасброднее другой!
Если в её квартиру проник незнакомый мужик, то ей срочно надо звать на помощь. Надо постараться как-то добраться до двери и выбежать на площадку, предварительно захлопнув за собой дверь. А там - лифт.
План неидеальный. Но хоть какой-то...
Её взгляд невольно метнулся к двери. Успеет она добежать или нет? Комната не узкая, пространства для маневров не наблюдалось.
- Даже не думай, - сказал, как отрезал. - Тебе не убежать. И не кричи. Не стоит.
Алина медленно покачала головой. С каждой прошедшей минутой девушке становилось всё хуже.
- Уходите, - негромко произнесла она, найдя в себе силы. - Немедленно.
Черная кустистая бровь медленно поползла кверху.
- Ты выгоняешь отца своего ребенка?
Сказал и недобро прищурился.
книга 2. глава 2
2.
Есть такое понятие - рухнувший мир. Не в прямом смысле, конечно. Кажется, что вся твоя привычная жизнь переворачивается с ног на голову, белое становится черным, а сама ты находишься на перепутье, потерянная, одинокая, и ждать помощи не от кого. Смысл твоего бытия смещается, и приходит нечто новое, выбивающее почву из-под ног.
Вот именно так себя и почувствовала Алина, услышав последний вопрос незнакомца.
Хотя...
Какого, к черту, незнакомца!!
Всё навалилось разом.
И осознание, что она на самом деле может быть беременной - все признаки, что называется, на лицо.
Да, она вспомнила.
Всё.
И Пограничье.
И Германа с его властными диктаторскими замашками и постоянной потребностью в сексе. Он раскладывал её на столе, у стены, в лесу. Брал, не замечая её слез, страха и боли. Она подстраивалась под него, желая выжить, несмотря ни на что. И считала... бесконечно считала дни.
Их было десять.
Десять дней, слившихся в один нереальный кошмар. Невозможно было разобрать - что истина, а что ложь.
Вспомнила обожжённого Германа и портал. Их последний день.
«Ты ничего не будешь помнить... Лишь отголоски сна...» Так он сказал когда-то.
Тогда почему, Господи, почему он сидит в её квартире и говорит, что она ждет от него ребенка?!
- Герман? - осторожно, едва ли не через силу, спросила Алина.
Мужчина чуть прищурил глаза.
- Вспомнила?
Девушка медленно кивнула и обхватила плечи руками.
Только бы сохранить разум...
Там, в Пограничье ей всё казалось, если не вымышленным, то временным. Она на многое происходящее смотрела, словно через пелену. Знала - вернется домой и всё забудет.
А что же получилось... Пограничье пришло за ней и...
Она беременная!
Мысль обожгла внутренности, взрывая мозг.
Сразу осмыслить всё нельзя, чтобы не удариться в истерику, не закричать от отчаяния, Алина часто-часто задышала, решив разбираться во всем по порядку.
Так проще.
Наверное.
Начнем... с чего? Вернее, с кого...
- Да. Вспомнила.
Каждое слово давалось с трудом. Она продолжала смотреть на Германа, и отказывалась принимать действительность. Да чего греха таить, там, в Пограничье принять его слова о попаданстве почему-то оказалось легче. Там она сразу ему поверила, и воспарила духом, когда услышала, что вернется домой через десять дней. Знала - перетерпит, и всё нормализуется.
А что получается сейчас? Герман вновь пришёл за ней?
Нет! Только не это!
- Вот и славно, - он пристально смотрел на неё, обжигая взглядом черных глаз, от которых захотелось спрятаться.
Надо прояснить беспокоящий её момент.
- Герман...зачем ты здесь?
Он ответил не сразу.
- Сказать правду?
Вопрос на вопрос насторожил ещё сильнее.
- Да, - нервно сглотнула, готовясь к худшему.
Не зря...
