После случившегося в понедельник он кажется самому себе излишне осторожным. Даже в больницу к сестре они с подопечной добирались пешком, оставив машину в паре кварталов от нужного здания. Аня не отставала от него ни на шаг и часто озиралась по сторонам, а он позволял ей вжиматься грудью в свою руку, лишь бы той было хоть немного спокойнее. По пути он и сам на максимум выкручивал внимательность в поисках хвоста и возможных засад. Он был готов в любой момент ответить на очередное нападение и попытку похитить девушку. Сама подопечная перед отъездом была лишена своего телефона, получила новое напоминание о недопустимости раскрытия какой-либо информации о себе и о самом Вадиме кому-либо, включая даже самых близких подружек в соцсетях, одна из которых и сдала их. Вадим знает, что мог бы заморочиться и привлечь засранку к ответственности за пособничество бандитам. С другой стороны, он хорошо понимает девушку и не хочет портить ей жизнь из-за пусть и предательства, но морально правильного поступка с её стороны.
Вадиму всё же пришлось рассказать Ане о сестре и своей матери перед тем, как они вместе зашли в отделение. Общими словами, без подробностей и деталей. Подопечная похмурела к концу совсем не радостной части его биографии. Вадиму тогда показалось, что она стала понимать причину его не особо тёплого отношения к себе.
Как Вадим и ожидал, узнав о случившемся в ресторане, Соня окончательно взбесилась на него и даже пару раз обозвала матерным словечком во время прогулки. Он оказался рад, что перед встречей принял пару обезболивающих таблеток, когда наедине в душевой позволил отхлестать себя мочалкой, отпинать и избить. Соня остановилась только когда выбилась из сил и всё, что могла, так это грозить ему кулачком и строить недовольные рожи. Как бы ему потом ни было больно в опять отбитых рёбрах, но Вадим ничуть на неё не обиделся, а наоборот — очень даже доволен поездкой. Пусть Соня злится на него, пусть выражает любые эмоции, какие пожелает, пусть только живёт и радует его. Девушка крепчает и расцветает с каждым днём, и с подобной динамикой уже на следующей неделе можно заняться подготовкой к протезированию. Он ждёт и не может дождаться, когда заберёт её с собой на выходные в деревню.
Вадим не знает точно, был ли за ними хвост по пути в офис «Алмаза» или нет, но он хочет перестраховаться и не светить машину лишний раз в городе. Он мог оставить свою красавицу на территории больницы рядом с отделением, где лежит Соня, однако посчитал офис «Алмаза» более надёжным пристанищем от любопытных глаз. Да и после знатной взбучки от сестры по поводу травм ему как-то не хочется лишний раз приближаться к ней — пусть она остынет и будет готова выслушать причины, почему он снова стал телохранителем вопреки обещанию маме.
Спустя несколько остановок и пересадок, Вадим с подопечной оказывается на территории современного жилого комплекса, который находится всего в паре кварталов от его собственной квартиры. Купив в магазине коробку конфет и немного заблудившись по пути, они всё же находят нужный подъезд.
— Ну, так куда ты меня ведёшь на этот раз? — трусливо оглядываясь на площадке двенадцатого этажа, спрашивает Аня.
Вадим ничего не рассказывал ей о цели визита сюда, ведь узнай она о смене причёски, то воспротивилась бы, он в этом уверен. Поставить перед фактом и заранее отсечь все пути к отступлению — лучшая найденная им стратегия по воздействию на подопечную. Однако, чем ближе они к этой квартире, тем сильнее он сам хочет передумать, отречься от собственных планов с обещаниями и сбежать с подопечной обратно в деревню, подальше от той, кто ждёт его за этой дверью.
От Карины.
Ещё один шаг вперёд, и отступать будет поздно. Он колеблется, сомневается и думает, так ли необходима именно она и не лучше ли поискать кого-нибудь ещё на роль парикмахера для Ани? Вадим не хочет начинать их общение заново, но какая-то небольшая, потаённая часть внутри него упорно твердит ему идти только вперёд.
— Как я выгляжу? — волнительно спрашивает Вадим, зачёсывая чёлку назад и поправляя пиджак.
— Как тот, чья сестра опаснее пары бандитов, — констатирует девушка, и Вадим кивком соглашается с ней. Всё же, подопечная стала свидетелем, как слабая и очень злая Соня в коляске собственными силами гонялась за ними обоими по всему больничному парку, ругаясь и пытаясь зарядить Вадиму пару поджопников. Как бы она не грозилась догнать его и отметелить, он видел, что сквозь напускную злобу ей было весело, не смотря на обстоятельства.
— Так, стоп! — Аня отступает на несколько шагов и смотрит сначала на коробку, а затем на взволнованного Вадима. — Ты что, меня на свою свиданку притащил третьим номером?! Учти — я в групповухах ещё не участвовала! — не дав ему ответить, выпаливает Аня и отводит взгляд. Даже полумрак помещения не скрывает от Вадима её покрасневшее лицо.
— То есть, если что — ты не против? — от волнения он не против глупой шутки на подобное заявление. — Ладно, буду иметь в виду.
