— Знакомься, Аля, твой предок — Ролан Неал. Давно, когда Безликий ещё почитался как бог-покровитель магов, но благодаря Лие его уже начали воспринимать как божество из пантеона вампиров и разрушать храмы, маг из рода Неал принес себя в жертву на этих ступенях, душу и силу отдав, чтобы скрыть от глаз людей последний в Саите храм Безликого.
Услышав это, призрак резко повернулся к Джафу.
— А-а, опять ты. Привел сюда наследницу рода императоров — и зачем? Считаешь, она достойна войти под своды храма моего Повелителя?
Не дождавшись от нас ответа, мужчина указал рукой на арку входа.
— Много вас сегодня… Что ж, Повелитель будет рад — его посетили старые друзья. Может, этот день последний, и
Призрак закрыл глаза. Порыв ветра разорвал его тело в клочья.
— О чем он? Верховные здесь?
Мой голос слегка дрожал. Сглотнув ком в горле, я посмотрела на Джафа.
Парень бросил беглый взгляд в сторону храма, кивнул.
— Да. Они уже проходят испытание.
С этими словами Джаф приблизился ко мне, осторожно взял за руку и коснулся раны на ладони.
Кожу обдало холодом, кровь перестала капать, а сам порез затянулся.
— Не знала, что ты умеешь лечить.
— Умею. Каждый из Верховных когда-то поделился со мной своей силой, и Лия в том числе. Просто мне не на ком применять эту способность.
Мы посмотрели друг на друга. Джаф ещё держал мою руку, я не шевелилась, глядя на свое отражение в его глазах.
Растрепанная, растерянная, в помятом платье и без оружия… Не маг и не воин, простой смертный — вот кем я выглядела в этих холодных серых глазах. И всё же я тут.
— Меня больше не нужно успокаивать, — хмыкнув, сказала я.
— Я и не собирался. Просто хотел напомнить — что бы ни случилось дальше, не забывай зачем ты здесь.
— Не забуду.
— Тогда вперед.
И плечом к плечу мы вошли под своды полуразрушенного храма.
Я стояла у входа в лабиринт, его двухметровые стены такие же ослепительно-белые, как и всё вокруг — в пустом пространстве никого кроме меня.
Похоже, испытание уже началось.
Было глупо предполагать, что мы с Джафом будем проходить его вдвоем. И всё же лабиринт — это проще, чем могло быть.
Нужно спешить. Я сделала шаг, затем ещё один, и ещё…
Поворот налево, направо, снова налево…
Остановившись, я оперлась руками о колени, вздохнула.
Проще, да? Здесь до старости можно бродить без толку!
Краем глаза ухватив движение, я стремительно развернулась и тут же отшатнулась в сторону.
На одной из стен возникла картина — солнечный день, узкая горная тропинка, что ведет всё выше, девочка лет шести. Она держала в руках палку, на которую опиралась при подъеме, изредка порыв ветра бросал в лицо выгоревшие на солнце русые пряди.
Порой ветер едва не сбрасывал девочку вниз, навстречу изумрудно-зеленым макушкам деревьев. В такие моменты она изо всех сил вцеплялась в палку, а когда удавалось устоять на ногах и не сдвинуться с места, вскидывала голову и смотрела на мужчину, что рядом летел по воздуху.
Мужчина кивал, беззвучно шевелил губами, повторяя одну и ту же фразу. Я помню её до сих пор:
Хм, кажется, это мой первый подъем в горы демонов. Раньше меня носили на руках, а незадолго до обряда Старейшина решил, что пора научиться подниматься самостоятельно.
Но почему этот кусочек моей памяти здесь?
Через пару шагов появилась ещё одна картинка — девочка-подросток сидит на камне, у её ног худая сумка, плот из грубо связанных между собой кусков дерева и темно-синие воды моря.
Взгляд направлен за горизонт, ладонь лежит на рукоятке меча, соленый ветер треплет русые пряди и тонкую цепочку медальона.
День моего побега из Маргана’ара я помню ненамного лучше, чем подъем в горы. Тот поступок — самоубийство, без помощи богов в Креите я не оказалась бы никогда. И всё же…
Зачем тут мои воспоминания? Для чего?
Пусть и смутно, но я помню эти события. Не понимаю, с какой целью мне нужно вновь проживать их.
Осознать? А что именно?
Чем дальше, тем больше становилось картинок. Махнув рукой, я уже не так тщательно их разглядывала. Вот первый бал во дворце, знакомство с Джафом, коронация, свадьба, переход через пустыню, война с вампирами, моя смерть, встреча с Ирвином, воскрешение…
Не знаю, что заставило меня остановиться. Взгляд зацепился за что-то, смутно знакомое и в то же время не похожее ни на что.
Ровная синяя гладь озера, желтый круг солнца, на небе ни облачка, деревья стоят в зелени, всё цветет. На берегу сидит пара — мужчина и женщина, в них я с трудом, но узнаю Элая и себя.
Элай — копия себя нынешнего, я выгляжу старше, чем сейчас, в уголках глаз первые ниточки морщин, длинные волосы уложены, вместо платья привычные штаны и рубашка, на поясе клинок.
Мы говорим о чем-то, улыбаемся. Порой замолкаем, чтобы посмотреть на берег у кромки воды, а там…
