Хм, так у отца Харальда доступ есть даже к таким технологиям Северного Королевства? Вообще у Северян с техникой всё хорошо и прогрессом своим они могут посоперничать с китаёзами. Нагльфар — модель военного дирижабля, скорость которого позволяет пролетать просто дикие расстояния за короткое время. Информация о нём, разумеется, закрыта, но то, что я читал в открытом доступе уже вызывало уважение к инженерам Королевства льдов и зимы. Хотелось бы тоже себе такую игрушку, да вот только ставить некуда, а бабла на своё содержание она будет требовать очень много.
— Что ж, думаю, мы в любом случае узнаем о его прилетё от Долгова, — положил я телефон на стол. — А пока, Ефрем, рассказывай. Что ты задумал и какой у тебя план?
Старик глотнул сок из стакана, который забрал с собой, и уселся по удобнее.
— Помнишь дерево, которое растёт у меня в саду дома?
— Ну?
— Вот, — он достал из кармана косточку и положил на мой стол. — Оно дало плоды. Время пришло.
Я взял небольшую косточку, размером с недоспелый абрикос и покрутил перед глазами. То, что дерево Ефрема имеет происхождение в Разломах я уверился ещё в тот день. Странным оно мне показалось, да и Тренты, с которыми старик стал лучшими друзьями, приложили больше усилий, чтобы исцелись это дерево. Но это не самое главное… У косточке чувствовалась энергия Жизни. Мне доводилось встречать подобное и ранее, но это настолько редкое явление, что по пальцам пересчитать можно. Дерево, у которого есть собственная энергия и зачатки души. Эту душу не сравнить с человеческой или с той, что принадлежит твари Разломов. Тут больше подойдёт аналогия с общей сетью. Разумом, который переплетается с другими деревьями и растительностью. Переплетается с Жизнью…
По больше части такие деревья можно встретить в рощах эльфов и других народов, что тесно связаны с природой. Я бы назвал это симбиозом. Деревья, что обладают своей энергией и аналогом души, защищают и дают силу тем, кто в свою очередь подпитывает их. Именно поэтому остроухие так любят леса. Это их безопасность.
— Я догадываюсь, что ты хочешь сделать, — серьезно посмотрел я в глаза Ефрема. — Но не пойму, зачем?
Старик молчал и буравил меня взглядом, а затем повернулся к Харальду и сказал:
— Возьми Сатоши и помоги ему добраться до ванны. Служанка за дверью покажет вам дорогу.
— Но… Учитель! — понял Северянин, что тут будут делится секретами и без него.
— Сделай, как я прошу, Харальд, — более миролюбиво, без прежней агрессии, попросил Ефрем. — Это важно.
Светловолосый здоровяк поджал губы, но кивнул и вынес японца из моего кабинета.
Как только дверь закрылась, старик заговорил:
— Чтобы ответить на твой вопрос, Дим, ты должен кое-что знать… Я обещал, что расскажу тебе всё, когда придёт время, — он сжал кулаки. — И оно пришло. Всё началось, когда нынешний император собрал лучших и лучших Охотников, чтобы отправиться в Сибирский Эпицентр. Посёлок Мирный был нашей целью и заданием. Заданием… После которого выжили лишь Александр и я.
— Что за задание? — заинтересовался я, постукивая пальцами по столу.
— Мы должны были добыть артефакт, обнаруженный одной из экспедиций. Что это за артефакт не спрашивай, я не знаю. Информацией владел только Александр и его отец, что собрал нас.
— И вы его добыли?
— Да, — кивнул Ефрем и этот ответ дался ему с трудом. — Но мы не знали, что его охраняли. Твари Разломов и Эпицентор в большей степени не разумны. В них редко можно встретить существ, что обладают зачатками интеллекта. Существо, которое охраняло артефакт… Никогда прежде за всю свою жизнь Охотника я такого не видел. Оно обладало не просто разумом, а превосходило нас. Нападение было неожиданным и в первые же секунды мы потеряли четверых. Просто, как щелчком пальцев, оно убило наш авангард. Стёрло его… Но, что самое ужасающее, ребята не погибли до конца.
Я нахмурился. Было видно, что Ефрема переполняли эмоции и говорил он не совсем складно. Слишком большой груз воспоминаний, что полны боли.
— Что значит погибли не до конца?
Старик молчал, явно подбирая слова, пока в конечном итоге не плюнул на это. Он взял с моего стола лист бумаги и карандаш, начав рисовать. Я не стал прерывать его и внимательно наблюдал за тем, что именно он хочет изобразить. А когда Ефрем закончил, то показал мне рисунок.
— Именно эта тварь напала на нас в залах, где хранился артефакт.
Смотря на то, что изобразил Ефрем, у меня возник только один вопрос: Как они с нынешним императором вообще выжили?
У этого существа не было туловища, как такового. Оно полностью состояло из темной материи, скрывающей его и делающей похожей на эдакий дух. Множество лиц искажённых в агонии усеивали его тело, а их крики страданий могли внушить ужас даже самому храброму воину. Тем более, если знать, что все эти лица — это погубленные и заточённые души.
