Святослав ЛОГИНОВ
СТРАЖ ПЕРЕВАЛА
Шаги звенели по плитам пола. Они звучали так реально, что каждый знал - идет Лонг. И все же сторожевые драконы у входа в зал удушливо рявкнули: "Вассал Лонг идет к Владыке Мира!", - и берилливые андроиды следующего зала продребезжали, вращая синим объективом телеглаза: "Вассал Лонг идет к Владыке Мира!", - клич катился не затихая, пока от самого трона эхом не откликнулись мутные мороки: "Вассал Лонг входит к Владыке Мира!.."
Лонг вошел и остановился. Владыка восседал на троне, сработанном из черного шершавого камня и бледной пустоты. В руках Владыка сжимал жезлы власти: огненный и золотой. Мороки и василиски рядами окружали трон. Лонг, не сгибаясь, прошел на середину зала и лишь там резко наклонил голову, так что оконечность глухого забрала звонко клацнула о выпуклый нагрудник.
- Всемогущий! - произнес Лонг. - Я пришел на твой зов.
Ничто в лице Владыки не изменилось, даже губы не дрогнули, когда прозвучал его голос:
- Сегодня я позвал тебя не для беседы. Я задумал новый большой поход, мне нужна твоя служба.
- Чем может помочь, живущий на краю Мира?
Впервые лицо Владыки оживилось, блеснули глаза. Он ответил:
- Я решил подняться на Перевал, взять то, что находится за ним и присовокупить к моим владениям.
Лонг растерялся. Он не знал, что делать и как отвечать. Лишь тысячелетняя привычка позволила ему сохранить полную неподвижность. Потом пришли слова:
- Всемогущий! - сказал Лонг. - Перевал невозможно пройти. На границах твоя власть кончается, ты сам это знаешь.
- Ложь! - крикнул Владыка. Лицо его внезапно ожило.
Лонг в ответ поднял забрало и сказал обычным голосом, уже не беспокоясь об этикете:
- Это правда. Я интересен, в моем доме бывают гости со всех краев, и я знаю, что жители границ не боятся тебя. На юге, где обитают кошмары и призрачные миражи, никто и в грош не ставит твою великую власть.
- Ты хочешь обратить мою ярость на юг, где она безвредно рассеется в мертвом свете, не так ли, прямодушный рыцарь? - усмехнувшись спросил Владыка. - Я усмирил непокорных духов страшными заклятиями, Отшельник склонился передо мной, на юге больше нет границы. Теперь очередь за севером. Там действительно дикая страна. Знаю, что заклинания потеряют силу, а колесницы остановятся, ибо по ту сторону гор мертвые машины, чтобы двигаться, должны пожирать пищу и пить воду. Мечи из струящегося тумана не смогут даже оцарапать грубую плоть северных варваров. Для них нужны сталь и камень. Но ведь это очень простые вещи, Лонг, они есть в моем мире, так что найти оружие будет нетрудно.
- Да, в этом мире есть сталь! - Лонг обнажил меч. Меч был обоюдоострый, одна грань жемчужно переливалась туманом, по другой бежал причудливый рисунок булата. Лонг сорвал с руки блестящую перчатку и дважды провел лезвием по пальцам. С ногтей закапала кровь. Во всем мире у одного Лонга была настоящая горячая кровь, и при виде красных капель безмолвные и неподвижные телохранители Владыки пришли в движение: одни отшатнулись, другие прянули навстречу.
- Я - страж Перевала, - раздельно произнес Лонг, клянусь этой кровью, что никто и никогда не проникнет из внешнего мира сюда, и никто не выйдет отсюда во внешний мир. Никто и никогда!
- Клянусь кровью, которой у меня нет, - возгласил Владыка, - что через три дня я пройду Перевал, а если мой раб вздумает мешать мне, я уничтожу его!
- Я не раб, - сказал Лонг. - Даже этому миру я принадлежу лишь отчасти, а на Перевале слушаю только себя и свой долг.
- Да, - сказал Владыка, - ты мало похож на подданного, в тебе больше той силы, что живет за горами, поэтому ты так горд. Но и твою силу можно сломить...
Огненный столб расплескался по залу, ударил в грудь Лонга. Это был не призрачный колдовской огонь, а настоящее плотное и дымное пламя. Тугие керосиновые струи хлестали откуда-то, взбухали изнутри багровым жаром, закручивались смерчем и исходили черными клубами копоти. Доспехи Лонга раскалились добела, хромовая насечка стекала крупными каплями. Подняв меч, Лонг шагнул вперед. Он не видел противника, на знал, куда идти, и старался лишь не упасть, но колени подогнулись, покрытые черными пятнами плиты встали перед глазами. Лонг чувствовал, как кипит и испаряется его кровь.
"Конец, - подумал он. - Хорошо, что не видит Констанс..."
Огонь иссяк также неожиданно, как и явился; сверху пал дождь. Капли воды с визгом ударялись о покоробившиеся от жара латы, ртутными шариками бегали по горячим плитам. Лонг открыл глаза. Над ним склонялось лицо Владыки. Сейчас оно было почти настоящим, в глазах светилась живая алчность, и в голосе слышалась совсем человеческая мольба:
- Я не хочу убивать тебя, Лонг. Ты мне нужен. Ты единственный был там, ты сам почти оттуда. Ты знаешь их недостатки и слабости, ты легко сможешь победить. Я хочу, чтобы ты вел мое войско, а после победы я возвеличу тебя, Лонг. Ты будешь не хранителем Перевала, а моим наместником в новых землях...
Лонг поднялся, с трудом разламывая скрючившуюся скорлупу доспехов.
