На страницах этого выпуска вас ждет первая встреча с героями знаменитой дилогии Джефри Конвица «Страж» и продолжение знакомства с кровавым миром рукотворного Зла в триллере Джона Руссо «Полночь».Острый детективно-мистический сюжет «Стража» разворачивается вокруг апокалипсической истории смены часовых у врат Ада. На грани вселенской катастрофы в чудовищном водовороте людских судеб сплетаются отчаяние и глубокая вера, надежда и героическое самопожертвование. Но полным драматизма романом автор не просто щекочет нервы жадного до развлечений читателя; напряженное повествование вновь напоминает нам о роли и ответственности человека в извечной борьбе сил Света и Тьмы.Верный своей излюбленной теме исследования многоликого земного Зла, Джон Руссо в «Полночи» знакомит нас с еще одной его разновидностью. «Во имя религии или ссылаясь на нее, человек способен на самые жестокие и безрассудные действия», — говорит один из героев повести, и его слова звучат мрачным пророчеством: для религиозных фанатиков из Западной Виргинии коротким оказывается путь от невинных колдовских опытов до изощренных ритуальных убийств. Панорама кровавого мракобесия держит читателя в постоянном напряжении с первых страниц и, даже лишенная авторского комментария, не оставляет сомнений в путях истинного спасения человеческой души.
На столе лежала папка, в правом верхнем углу которой печатными буквами было выведено: ЭЛИСОН ПАРКЕР. Холеная рука, державшая листок бумаги с подробным жизнеописанием Элисон Паркер, открыла папку и вложила туда листок.
Поверх папки Паркер легла еще одна — с надписью ТЕРЕЗА. Настольная лампа погасла.
Такси катилось по 1-й авеню мимо здания ООН, мимо моста на 59-й улице, мимо мно. очисленных баров.
Погруженная в свои мысли, она склонила голову на стекло. Неужели это действительно произошло? Или сейчас раздастся звонок будильника, она проснется, щурясь от солнечных бликов на закопченных окнах, и в тот момент, когда будет сбрасывать в себя одеяло и вытирать испарину со лба, осознает, что все четыре последних месяца были лишь кошмарным сном. Все, что она перенесла и увидела за это время — больница, похороны, страдание и отчаяние, ожидание, а порой и желание смерти отца, — все рассеется, подобно миражу. Это было уже однажды, семь лет назад, koi да она ушла из дома, как ей казалось, навсегда. Она усмехнулась. Нет, как ни тяжело в это поверить, все произошло в действительности. Закрыв глаза, она размышляла о Нью-Йорке. Не такое уж и плохое место, если привыкнуть. Здесь она была счастлива. Если на то пошло, она и помыслить не могла о возвращении в Индиану тогда, в июле. Выскочив из душа, задыхаясь, она сняла телефонную трубку и услышала умоляющий, плачущий мамин голос: «Он умирает. Приезжай». Можно было отказаться? Наверное. Каждая клеточка ее тела противилась этой поездке. Но если бы она толда оставила маму одну, она в жизни бы себе этого не простила. Она должна была вернуться, плюнув на все. Даже на Майкла. И нечего часами перебирать в памяти все последующие события. Она выжила — физически и духовно — и это главное. Все позади.
Такси свернуло на 71-ю улицу и подъехало к современному тридцатиэтажному зданию.
Дверь распахнулась, появился привратник.
— Мисс Паркер! — радостно воскликнул он.
— Здравствуйте, Джордж, — сказала Элисон, улыбаясь.
Она была красива. Высокая и стройная. С шелковистой кожей и длинными темными волосами, струящимися по плечам до середины спины. С изящным носиком и необычайно синими глазами. Элисон выглядела моложе своих двадцати шести лет.
— Как вас долго не было, — сказал Джордж.
— Да, долго, — улыбнулась она. Джордж всегда так любезен и искренне внимателен. Он нравиЛся ей. — Почти четыре месяца. — Элисон вышла из машины и пошла по направлению к дому. — Ну, как вы здесь поживаете? — спросила она.
— Прекрасно, — ответил привратник, наклоняясь над багажником.
— Как ваша семья?
— Хорошо, очень хорошо. — Он принялся вынимать ее багаж. — Я часто спрашивал мистера Фармера о вас.
— Надеюсь, он говорил только хорошее?
— Самое что ни на есть лучшее, — улыбнулся Джордж; его мощные мускулы напряглись под тяжестью багажа.
«Надо не забыть дать ему хорошие чаевые, — подумала Элисон, — просто в знак дружеского расположения. И поблагодарить Майкла за столь несвойственное ему проявление нежности и благоразумия».
— Мистер Фармер дома? — спросила она. Конечно же, он дома. Ждет. Ведь сегодня день ее возвращения.
— Нет, он вчера уехал из города.
— Как? — Когда они в последний раз разговаривали по телефону, он даже не упоминал об этом.
— Он оставил для вас записку. И велел передать, что вы можете жить в его квартире.
Они вошли в дом. Джордж опустил багаж на пол, вернулся к машине, принес два оставшихся чемодана, поставил их рядом с предыдущими и скрылся за дверью в маленькой комнатке. Мгновение спустя он появился с конвертом в руках.
— Мистер Фармер велел, чтобы я лично передал это вам. — Он поклонился, явно довольный своей исполнительностью.
Элисон с благодарностью улыбнулась и взяла конверт. Быстро надорвала его, вынула записку и прочла:
Элисон!
Прости, что не смог встретить себя. Вынужден был в пятницу уехать в Олбани. Дела. Буду во вторник. Увидимся.
Р. S. Позвоню вечером в субботу.
Она сложила листок и спрятала в сумочку.
Да, это в духе Майкла — исчезнуть именно тогда, когда она больше всего нуждается в нем. И рставить записку, больше напоминающую телеграмму. Коротко. Ясно. Без малейших эмоций. В этом он весь. Пытаться изменить его бесполезно, да и не нужно. Если бы Элисон задумалась на эту тему, то скорей всего пришла бы к выводу, что именно в этой манере общения — деловой, лаконичной — и заключен секрет обаяния Майкла. И как приятно порой заставлять его сбрасывать маску и обнажать свои столь тщательно скрываемые чувства. Помолчав с минуту, Элисон обернулась к Джорджу.
— Поможете мне с багажом?
— Конечно, мэм, — ответил он, легко подхватил чемоданы и пошел по направлению к лифту. — Мистер Фармер говорил, вы съехали со своей квартиры.
— Да, ведь я не знала, на сколько уезжаю. Так было удобнее. — Помолчав, Элисон добавила — Завтра утром собираюсь начать искать новую. Хорошо бы, в каком-нибудь старом доме.
Она нажала кнопку лифта и наблюдала, как огонек перемещается по шкале вниз от цифры «7».
