Едва откинув кусок крыши, я заметил, что дверь подпола цела и замок на месте. А значит, большинство оружия и доспехов, что батя выковал, было в сохранности. Вот только ключ от этого замка он на шее носил, а запасной у мамки в столе лежал на втором этаже. Выламывать дверцу я даже не думал, там кроме досок с внутренней стороны еще и стальная решетка была. С ней бороться бесполезно, каким бы сильным я не был, а прошибить железяку не смогу.
Даже мыслей не было, что с ним делать. Придется искать ключ в доме. Так и так я собирался внутрь забраться. Только вот сколько времени понадобится, чтобы завалы разгрести, непонятно. В одиночку если и справлюсь, то дня за три, а у меня столько нет.
– Старшой, поможешь разгрести завал? Черт его знает, что здесь произошло. Но вряд ли они наш дом столь основательно просто так бы спалили. Может, кто внутри был… Оборонялся.
– Да мы тут вдвоем несколько дней корячиться будем. Давай-ка я лучше солдатиков на помощь позову. Авось его высокопревосходительство возражать не будет.
– И то правда, только денег у меня немного.
– Ты это брось. Ты сейчас на службе барона, твое благородие корнет. А это кое-что значит.
– Да, совсем из головы вылетело. А ты, получается, тоже на службе у барона?
– Ну, а как иначе, – хмыкнул Полозуб, – его благородие урядник баронской дружины к твоим услугам. – Произнося эту фразу, он не разу не запнулся, хотя такой манеры речи от него ожидать было совершенно нельзя. – От. До сих пор от зубов отскакивает. А ведь вбивали се слова в меня больше десятины лет назад. Все, паря. Жди здесь. Скоро вернусь.
– Храни Длань, – только и успел сказать я ему вслед.
Странная мысль поселилась в моем мозгу. Это что же такое получается? Значит, все, кто в нашей провинции располагается, должны служить под началом барона? Или над ним еще кто-то есть, а он просто старший из младших? Эх. Знать бы. Вот не было времени у меня в Междуречье сходить к мадаме той и поинтересоваться. Может, Лиска что знает? Позднее надо будет ее поймать и по душам поговорить, расспросить. С душой я перегнул малость. Отношения-то у нас не складываются.
В задумчивости я убирал головешки, что остались от пожара. Вся нарядная одежда тут же превратилась в одно черное пятно. Руки покрылись толстым слоем сажи и гари. Дерево было еще теплым. Дунь как следует – и огонь вновь разгорится. Не до конца прогорело еще. Потому, разваливая кострище, я старался разнести огарки как можно дальше. Прямо на улицу вытаскивал, благо она и так была всяческим хламом завалена.
Минут через пятнадцать в конце улицы показался небольшой отряд с палками. Но стоило им подойти ближе, как я сумел разглядеть, что это не простые палки, а ломы и багры с железными крюками. Впереди шел весьма довольный Тренья. Настроения его я абсолютно не разделял, даже странно было, чего он лыбится в такой ситуации.
– Ты чего радостный такой, старшой?
– Вот, ваше благородие, первый инженерный десяток из вашего взвода, – расплылся в еще большей улыбке Полозуб, – его высокопревосходительство барон пожаловал мне должность старшего урядника и велел помочь вам разобраться в вашей полусотне.
– Погоди, я чего-то недопонял. Ты что, предлагаешь мне…
– Никак нет, ваше благородие. То приказ господина. Передать корнету Грейстилу под начальное управление и защиту полусотню пехоты.
– Братцы, вы чего? – У меня аж дух перехватило от неожиданности. – Какой из меня командир? Я токма десницу назад стал Черным стражем!
– Да. Но не обычным же. Сам барон признал вас. И о подвигах ваших бойцы уже наслышаны. Верно, ребяты?
– Так точно, ваше благородие, – ответил мужчина лет сорока с отличающейся от остальных солдат формой. Наверное, старший из них. Черт, надо учить звания и эти, как их, погоны. – Как вы пять культистов со свинцеплюями порубили, да чернозуба сами в землю вернули. Того редко даже взвод сделать может, не то что один человек. А уж про кровавого и вспоминать страшно, такие твари часто жизнь портят на поле боя. Так что мы рады оказаться под вашим командованием.
– Ну спасибо, конечно. Но мага я не в одиночку завалил, как и чернорота. Мне девчонки мои помогли.
– Про это тоже наслышаны. Не переживайте, к рабыням вашим лезть не будем. Головы дороже.
– Вот, – ухмыльнулся Тренья, – что прикажете, ваше благородие?
– Так это. Давайте разгребать. Должны выжившие быть или хоть полезное что.
– Его высокопревосходительство Райни строго-настрого приказал мародерство до его прямого приказа не производить, – насупился старший солдат.
– Чего? – Я не сразу понял, о чем он. – А-а. Это мой дом, я тут с мамкой и батей жил. И кузница тоже моя. И смотрите, почти вся улица целая, а наш разваленный, будто сражался здесь кто. Неспроста это, наверное.
