Текст получен от автора, не опубликован. Один из финалистов конкурса детективов, объявленного Литвиновыми. Победитель конкурса будет издан на деньги самих Литивновых
«…А еще сказывают, будто приходит Он под утро, пока не рассвело. И бродит среди вишен… Вкруг Него – туман, белый, как молоко, а Он всё-всё видит».
«Бабушка, а он страшный?»
«Всякое болтали… Один говорит: повстречать Его – к удаче. А другой: нет, к смерти близкой. Один скажет: добрым людям Его бояться нечего. А другой возразит: нет, лучше с Ним никогда не гулять по одной тропинке – схватит, утащит неведомо куда, и поминай, как звали. Главное – взглядом с Ним не встречаться. Выглянул ночью в сад, завидел облачко белое – это значит, он близко: сиди и из дому ни ногой! А Он ти-ихо так походит– походит, да и уйдет. А уж если вышел за порог – то лучше отвернись, не смотри в Его сторону. Он у тебя за спиной пройдет, дыханьем холодным обдаст, но не тронет. Вот такой Он, внучка – Страж Вишен…»
Россия, областной центр. Конец лета 1999 года
– Вы хоть знаете, что он за человек?
– Да какая мне разница? Он – мужчина. А значит, имеет свои слабости. Разве я не права?
– Правы, конечно, Оксана Кирилловна. Но я бы хотел ещё раз предостеречь вас. Шитов – человек опасный.
– Так и я – не подарок.
До встречи с замом главы областной администрации оставалось около полутора часов. Оксана немного нервничала, хотя и старалась этого не показывать. Но, к сожалению (или к счастью?) ее референт Носков знал её как облупленную, и скрыть от него что-либо ей, по большому счету, не удавалось.
Решалась судьба проекта. Главного проекта в ее жизни. И сейчас все зависело от этого незнакомца, от Виталия Витальевича Шитова – чиновника, недавно назначенного на высокий пост вместо покойного Климовича – друга и соратника Оксаны, сокурсника ее брата по факультету журналистики МГУ…
Громадный джип с тонированными стеклами несся по проспекту, сверкая мигалками. Вслед «навороченной» машине завистливо оборачивались прохожие. Но человеку, который находился на заднем сиденье, это было глубоко безразлично. Он давно уже, ещё с застойных времен, привык к своему солидному положению. И волновали его сейчас совершенно иные проблемы, нежели демонстрация согражданам внешних признаков своего благополучия. Павел Игнатьевич Никулин был серьезно обеспокоен возможным усилением позиций компании «ОКО» – главного своего конкурента в бизнесе.
«Если Оксаночке удастся очаровать этого Шитова, – думал Павел Игнатьевич, – то дело примет серьезный оборот».
И Никулин вновь, будто шахматист, перебирал и просчитывал всяческие варианты, неизбежно приходя к одному и тому же выводу – нужно спасать положение. А времени для этого остается всё меньше и меньше…
Немногие знали этого человека в лицо. И уж почти совсем никто не решался смотреть ему в глаза. В среде «коллег» он носил прозвище – Сыч. Это было производное от фамилии Сычёв. В последние годы его основным занятием было разрешение конфликтов между подпольными коммерсантами, а также теми легальными предпринимателями, кто, по каким-либо причинам, не мог или не желал обращаться за помощью к властным структурам.
Надо сказать, что звонок от Никулина немало удивил Сыча. Сам факт того, что Павел Игнатьевич попросил его о встрече, говорил о многом. Сыч знал, что такие люди, как Никулин, абсолютно не склонны к бесцельным поступкам. Более того, Никулин и ему подобные старательно избегали всяческих контактов с субъектами типа Сыча. Пробив в своё время себе дорогу в большой бизнес не без помощи криминала, Павел Игнатьевич со товарищи ныне всем свом образом жизни истово доказывали, что не имеют с мафией ничего общего. А если учесть, что на носу были выборы в Государственную Думу, и Никулин собирался выдвигать свою кандидатуру, то появление в обществе Сыча могло нанести репутации Павла Игнатьевича непоправимый удар.
Встречу назначили в элитном частном клубе, за кольцевой дорогой. Место находилось в экологически чистой лесопарковой зоне. Сыч приехал первым, где-то минут за сорок до назначенного часа и, выйдя из лимузина, огляделся вокруг и сказал:
– Э-эх! Хорошо-то как!
Ему никто не ответил: четвёрке телохранителей было не до природных красот. В ожидании Павла Игнатьевича Сыч приказал охране распорядиться насчет обеда, а сам прямиком направился в сауну, где его уже ждали две длинноногие чаровницы – Венера и Илона. Приняв в их обществе душ, пожилой «авторитет» расположился на мягком диванчике и выудил из ведерка со льдом бутылку шампанского.
– Ну, рыбоньки мои! – улыбнулся он своим юным спутницам. В этот момент раздался осторожный, почтительный стук в дверь.
– Кто там ещё? – недовольно проворчал Сыч.
– Аркадий Александрович! – несмело позвал через узенькую щелку один из «бойцов». – Никулин приехал!
– Ну и отлично, – сказал Сыч. – Зови его сюда!
Через минуту в проеме двери возник глава «Регион-банка». Одна из девиц, завернутая в махровое полотенчико, не без интереса уставилась на него – несмотря на солидные годы, Никулин был мужчина видный, или, как принято было в последние годы говорить – с «харизмой».