Стража! Стража! (сборник) полностью

Это Плоский мир, мир в себе и зеркало всех прочих миров, – он рассекает пространство, покоясь на спинах четырех гигантских слонов, которые стоят на спине Великого А'Туина, Небесной Черепахи. С Края этого мира океан бесконечно изливает свои воды во вселенскую ночь. А из его Пупа возносится ввысь десятимильный пик Кори Челести, на чьей поблескивающей вершине боги играют в игры с судьбами людей…

…Всегда полезно знать, каковы правила и кто игроки.

Над дальним краем Плоского мира вставало солнце. Утренний свет поплыл над заплатами морей и континентов, но плыл он, никуда не торопясь, – присутствие магического поля делает свет медлительным и тяжелым.

Но на другой стороне Плоского мира еще царила ночь, и кое-где в самых глубоких лощинах еще плескался ленивый свет прошлого заката – так вот, из этих теней вдруг вынырнули два пятнышка: одно большое, одно маленькое. Они скользнули над бурунами низвергающегося с Края океана и решительно устремились прочь, в совершенно неизмеримые, испещренные звездами глубины космоса.

Возможно, волшебство будет длиться вечно. А может, и нет. Ведь, по-честному, ничто не вечно.

Капрал Моркоу из Городской Стражи Анк-Морпорка (Ночная Смена) сел в ночной рубашке за стол, взял карандаш, послюнил грифель и начал писать:

«Дорогие мам и пап!

Пишу вам, патаму што случилось Событие, удостоенное Внимания – меня произвели в Капралы!!! Это значит Пять Долларов + к жалованию, а кроме таво, мне выдали кожанный колет с целыми двумя нашивками. И новый значок! Это Агромная ответственность!!! А все патаму, што у нас новые рекруты, патаму што патриций, который, как я уже ранее отписывался, является правителем города, недавно сказал, што Городская Стража должна отражать нашу Этнику, нечево накладывать грим на язвы…»

Моркоу задумался на минуту, наблюдая сквозь пыльное окошко спальни за лучами закатного солнца, что неторопливо скользили по речной глади. После чего снова склонился над листом бумаги.

«…Я не савсем До Конца ево понимаю, но думаю, это как-то завязано с Косметической Фабрикой Башнелома Громодава, да и язвов у нас нет, мы все чистые. А еще капитан Ваймс, о котором я вам часто отписывался, уходит ис Стражи, чтоб женится и Стать Изысканым Господином, и мы желаем ему только хорошего, он научил меня Всему, Што Я Знаю, не считая тово, чему я научился сам. Мы сбросились в складчину, штобы устроить ему Подарок-Сюприз, и, верно, купим ему адни из этих новых, недемонических часов, а еще сделаем на крышке надпись: «Часы От Старых Друзей На Часах» – это завется каламбур или Игра в Слова. Не знаю, кто станет новым капитаном, сержант Колон абещал подать в отставку, если назначат его, што же касается капрала Шноббса…»

Моркоу снова уставился в окно и честно попытался припомнить хоть что-нибудь положительное о капрале Шноббсе.

«…То он, как говорится, на своем Месте, а я в Городской Страже всего ничего. Астается только ждать…»

Как это часто бывает, все началось со смерти. И с похорон, состоявшихся ранним весенним утром, когда туман над землей был настолько густым, что водопадом сливался в могилу, поэтому гроб опускали в плотное, клубящееся облако.

Удобно устроившись на земляном холмике неподалеку, за происходящим безучастно наблюдала маленькая, пыльного цвета дворняга, воплощение всех известных и неизвестных собачьих болезней.