Комнату будто накрыло темное тяжелое полотно. Воздух нещадно нагрелся до жаркой температуры и не давал спокойно вздохнуть. Мурашки ползли по телу и кололи, словно армия насекомых. Слова Сары так странно повлияли на атмосферу в комнате, или это мои ощущения после услышанного, не знаю, но всех поразила эта история. Даже непонимающая Нерити удивленно рассматривала портрет семьи.
— М-да, тяжелая история… — решился сказать Арнольд.
Но напряженная тишина долго не длилась. Сара продолжила:
— Хочу поведать вам известную легенду… — неторопливо начала девушка. — Она очень хорошо повествует об истории моей семьи. Я расскажу ее точь-в-точь также, как передавали ее друг другу. Я ее очень хорошо запомнила, как свое имя.
Рассматривая портрет своей семьи, она тихо продолжила, задумчиво разглаживая рукой раму.
— Легенды гласят, что наша Вселенная находится внутри другой вселенной, известной как Палладиям, в которой проживают богоподобные существа, поддерживающие свою силу неким камнем. Половину камня засосала черная дыра, выбросив священный артефакт в место, где нет ни пространства, ни времени. Мощная энергия камня создала внутри вакуума другую Вселенную. Так возникли первые звезды, галактики, планеты. И в самой первой галактике зародилась жизнь. Спустя огромный промежуток времени, когда эволюция достигла своего пика, во Вселенной возникло мощное государство — Галактическая Империя. Ее главный предводитель — Темный Император, так прозвали его, правил около двести миллионов лет назад. И за этот промежуток он успел завязать войну с другим великим государством космоса — Федерацией Вселенной. Война, казалась, длилась бесконечно, Император захватил силу великого камня и стал существом Палладиям, открыл портал в другую Вселенную, что заставило два измерения объединиться в одно. Но такое слияние грозило массовому уничтожению всего живого в мироздании. В войну ввязались другие крупные космические государства, и спустя огромный промежуток времени Темный Император упал замертво, а портал закрылся. Казалось, наконец-то наступило процветание и нет никакой угрозы. Но это долго не длилось… У Императора было много сообщников, много приспешников. И некоторые из них выжили. И они решили продолжить дело Темного Императора. Но самой главной опасностью стал наследник Темного Императора, мечтающий быть на него похожим…
Все смотрели на юного Гардоса и не верили, что этот худой и безобидный с виду мальчик в будущем устроит апокалипсис…
— Но некоторые легенды врали. — фыркнула Сара. — Они говорили, что Гардос был фаворитом своего отца. Нет, это не правда. Темный Император ненавидел своего сына. Он никого не любил, кроме себя. Он видел в Гардосе конкурента, и его это раздражало. А вот Гардос всем своим черным сердцем любил своего отца и пытался быть таким, как он. Нет… он пытался превзойти его.
— И превзошел. Украл великую силу и создал новую вселенную. — кивнул Роберт. — Причем совершенно случайно.
— И начал ее потихоньку уничтожать… — злобно добавил Нефрит.
Я прикусила губу. Нет, Нефрит, ты немного ошибся. Он не уничтожил ее, а сделал такой, каким был мир Темного Императора. Точнее стремился сделать ещё лучше.
— А Арктур? Он кто такой? — сдвинул брови Арнольд.
— Демон. Мерзавец. Урод. — злобно шептал Нефрит. — Последняя тварь…
Сара коротко кивнула, ее задумчивое лицо помрачнело. Вновь на глазах выступили слезы. Она их быстро смахнула и продолжила:
— Когда-то Арктур тоже был сэйлансем. Маленьким мальчиком, который тесно дружил с Гардосом еще со времен правления Темного Императора. Когда Империя пала, а Гардоса перенесло в иное измерение, их пути с Арктуром разошлись. Но в сердце, в глубинах черноты была маленькая искра. Гардос скучал по Арктуру. И решил к нему вернуться. С его прибытием на его родной планете Финикс прошло много времени. Гардос нашел не живого Арктура, а мертвого, придавленного скелета под грудой камней. Это разбило Гардосу сердце. Меня он так не любил, как его… — мрачно вздохнула она, и на ее глазах вновь выступили слезы.
— Тихо-тихо. — я приобняла ее и погладила по голове. — Ты ни в чем не виновата…
— Да, Сара. — погладил девушку по плечу Галактион. — Он просто не может дать отцовскую любовь.
— Да… — коротко кивнула Сара и, вытерев рукавов слезы, продолжила: — он решил попробовать высшую силу и возродил Арктура. И возрождение божественной силы оставило свой след на его душе.
Поняв немного его предысторию, я кивнула. Он говорил мне, что был мертв, и Гардос его возродил. Теперь все сошлось.
— Это, кстати, мне уже сам Арктур сказал… вернее, показал свои воспоминания. Для меня это было нечто сокровенным. Словно доверился. Я думала, он моя любовь. Я ошиблась… — сжатым ослабленным голосом промямлила Сара.
— Да этот урод скоро сгорит в агонии! — яростно прошипел Арнольд.
Сара огорченно выдохнула:
— И его полное имя, которое ему дали с рождения, «Арктуриан» переводилось как «Праведный» …
— Из него праведный, как из меня пантера. — приподняв оправу очков, закатил наверх глаза Галактион.