Благодарности:
— Ричарду Адамсу, за всё.
— Вере Камше, за имя континента.
— Нику Перумову, за КТ.
— Дэну Симмонсу, за вампиров.
— Джону Толкиену, который так ничего и не…
А также гитам — за себя, любимых.
Torrent Universe
—
В изоляторе было светло и сухо. Ребёнок уже умирал. Он прожил в моём Замке три недели и за это время прошёл весь путь от средней степени истощения до несомненного угасания.
— …Сначала плазма помогла, но… Майа, у него фактически нет иммунитета. Уже нет. Ему становится всё хуже. Смотри сама…
Я протянула руку за историей болезни.
Сверху лежала фотография: наш малыш три недели назад, аккуратно укутанный в тёплое синее одеяло. Несовершеннолетнего пациента 598-XY2504 самым классическим образом подбросили в нашу «детскую корзинку» в Западной стене, существующую специально для этой цели. Сероглазое худенькое дитя на четвёртом месяце жизни, как все подкидыши, безымянное — то есть для документов Джей Ди. К истории болезни прилагалась записка, засунутая подбросившими его людьми в детскую рубашонку. Записка была зачем-то сфотографирована, и эта фотография тоже прилагалась. На снимке и в записке красовалось одно-единственное слово — угловатый почерк, жирный красный маркер. «Кровь».
И всё. Что это значит? Младенцу необходима кровь? У него болезнь крови? Интересно, какая дура это писала? Если бы я взялась за сопроводительное письмо для больного младенца, которого собираюсь подбросить врачам, я бы по крайней мере сделала это письмо понятным. Люди…
Чужая кровь ему, впрочем, ничем не поможет. Мы просто не можем её ему перелить, потому что… Потому что она его тут же убьёт.
Вот, симптомы. Потеря веса, расстройство пищеварения, температура, рвота, приступы поноса, отказ от пищи… стойкий стоматит, хронические бактериальные инфекции в сочетании с отитозной средой. Поэтому и изолятор… Раздражительность повышена… значит, плачет он часто, вот что. Бедняга. Чует, наверное, смерть. Иммунитета у мальчишки нет. Т-лимфоциты гораздо ниже нормы; дефицит аденозиндезаминазы в данный момент критический. Последнее поправимо ферментом ПЕГ-АДА, а вот что касается остального… Лимфоциты, бета-клетки и гамма-глобулин почти не регистрируются. Сывороточный альфа-глобулин и иммуноглобулин М заметно понижены… содержание лейкоцитов меньше трехсот на единицу. Похоже, дело непоправимо. Анемии у него нет, гепатита и СПИДа нет, болезней крови и печени вообще нет… Окончательный диагноз…
— Гипоглобулинемия, — прочла я.
— Причём несколько разновидностей, — отозвалась Сара Бергонн. — Во-первых, самая распространённая, швейцарского типа, во-вторых, гипогаммаглобулинемия с лимфоцитами В, в-третьих, ретикулярная дисгенезия… Ты хоть понимаешь, Майа, насколько это невероятно? Во всём мире меньше тридцати детей с одной только гипогаммаглобулинемией! В мировой практике нет на данный момент ни одного пациента с более чем двумя…
— Си, всё когда-нибудь случается впервые, — сказала я. — И нередко, так уж идут дела, это случается в моём Замке.
— Ми, но это ещё не всё. Три недели назад показатели были гораздо лучше. Лейкоциты были тогда почти в норме…
— Да, вижу. Симптомы ГГА обычно проявляются между третьим и шестым месяцами. Должно быть, мама Джей Ди заметила что-то, запаниковала…
Мы стояли над его кроваткой, два беспомощных ангела в белом. Сара — очень хороший врач, она сделала, что могла: инъекции АДА для частичного восстановления иммунных функций, уколы фактора переноса и экстракта зобной железы, даже генную терапию… Я чуть ли не глазами видела, как меркнет под воспалённой кожей ребёнка юная, слабенькая искра жизни.
— Если бы только найти семью, — сказала я. — Гаплоидентичный трансплантат костного мозга мог бы…
— Мы пытались, — ответила Сара. — Я посылала запрос в Хэйо. Там даже родителей не могут найти, не то что близнеца. Никто не знает, в каком городе их искать. Ребёнок может быть откуда угодно, хоть из Ниневе…
— Ну, это вряд ли.
